Дни ветра

У мясника, мистера Голдсмита, как называли его покупатели, или Робби, как называл его Элайя Фант и жена с братом, радостное событие – дочь выходит замуж, и папаше необходимо блистать на церемонии не хуже невесты. К счастью, он снабжал портного лучшей в городе вырезкой – а это достаточно веская причина, чтобы сотворить за пару дней костюм хороший настолько, чтобы среди приятелей-торговцев папаша невесты был главным франтом, а цена восхитила достаточно скабрезную миссис Робби. Честно говоря, сам костюм вышел бы в полтора дня, если бы не пришлось ушивать выходное платье нагрянувшей жене мясника.

– Робби Голдсмит! – крикнул Элайя Фант, стоя на крыльце своего тёмного дома. – Выходи, уважаемый, примеряй красоту, пока лавку не открыл. А если дашь мне немного той ветчины, скину пару монет.

Мясник показался на дороге, обтирая руки о фартук. Всплеснул руками. Пригласил портного к себе, угостить за работу, но тот быстро пригласил к себе померить обновку.

– Ох, Элайя, дальше с крыльца не сойдёшь, – подмигнул мужчина.

– Мы пленники своих привычек, верно? Доброе раннее утро.

Через несколько минут он осыпал благодарностями. Стоя посреди изрядно меблированной гостиной, Элайя лично одел Голдсмита, чтобы проверить, не было ли неточностей в пошиве (как он говорил вслух – на самом деле, ему было прекрасно известно, что неточностей нет). Мясник в это время озирался по сторонам, не скрывая удивления. Он косился на запертые двери и на картины между ними, изображающие собак, костры и пироги; на обтянутые в красное с золотом, потёртые кресла, на множество маленьких столиков с подсвечниками, заваленных всевозможными катушками ниток и обрезками хлопковой ткани; на одинаковые шкафы, различающиеся лишь степенью раздутости; на книжные полки, на гигантские куски фланели, закреплённые в углу под потолком, обвивающие, как волна скалу, всю комнату.

– Интересно у тебя здесь, Элайя, – пробормотал он, стоя, как кукла, раскинув руки в сторону.

– К чему суета, – растягивал портной, увлечённый примеркой. – Мне хорошо и здесь. Пусть мы далеко от центра, так тут спокойнее. А что до работы – так её вдоволь, больше мне не нужно. Кому потребуется – придёт. А не придёт – мне лишний час на книгу или вон, – кивнул в угол. – Барышне какой-нибудь, которую мать не научила, подъюбник заштопать.

Мясник хохотнул.