Гаджет. Война Феникса

И только одежду свою майор привык всегда аккуратно развешивать и раскладывать.

Пройдя в одном полотенце до шкафа, Илья быстро выбрал что надеть – голубую сорочку, галстук в тон костюму и сам костюм, классический, черный. К нему шли мягкие кожаные туфли. Застегнул на левом запястье ремешок массивных часов в стальном корпусе.

Взглянув на часы, Прохоров улыбнулся, взял с прикроватного столика портфель с документами, переложил служебное удостоверение с тумбочки во внутренний карман пиджака, вышел из квартиры и запер дверь.

День начинался бодро, день начинался хорошо.

– Здорово, эскулапы, – войдя в морг, майор устремился к столу, за которым скучали два лейтенанта медицинской службы.

Выйдя сегодня в первую смену, они откровенно маялись от похмелья и тоскливо поглядывали на кабинет патрона, полковника Рюхина, где тот в специальном шкафу под замком хранил все спиртосодержащие препараты.

При виде Ильи парни синхронно кивнули и вновь уставились в бумаги.

– Шеф тут?

– А куда ему деться, – синхронно подтвердили медики, что-то выводя в отчетах, папками с которыми был завален стол.

– А летун? Американец, что вчера привезли?

– На месте.

Молодой хмурый лейтенант с проседью на висках, нервно поправил халат и указал на противоположную стену помещения, около которой стояло несколько каталок. Другая стена представляла собой разбитый на несколько секций холодильник со стальными дверцами, где хранились останки потерпевших.

– Тогда я к полковнику.

 – Прохоров двинулся мимо прозекторских столов, ловко уходя от столкновений с различными предметами, один вид которых мог ввести обывателя в шок. Несколько секунд шествия по белоснежному кафелю пола – и вот она, дверь кабинета, в котором сидит человек, почти наверняка способный пролить свет на случившееся.

– Товарищ полковник?

Рюхин, седой, сутулый, с острым как клинок подбородком и тонкими нервными пальцами пианиста, оторвал взгляд от монитора и благосклонно кивнул.

– Вваливайся, майор.

Дай угадаю, зачем пришел. Гражданин Соединенных Штатов Америки, мистер Гордон, сорок три года, множественные травмы, кровоизлияние, повреждение внутренних органов, компрессионные переломы, с жизнью несовместимые. Верно?

– В точку.

– Вовремя пришел. У меня уже запрос на столе. Через час будем голубя в посольство отправлять.

– Скоро они, – майор покачал головой. – Странное что есть?

– Да нет, – Рюхин пожал плечами. – Мелочи одни.