Изопропиловый кот

– Нет, просто тут на нем написано: «Гиперболоид инженера Гарина. Маде ин Чайна».

– А-а-а. А чо в книге?

– Издательство «Смотр» – мы срезаем до 21+, – читает лейтенант.

– Это у кого большой, тем укорачивают? Садисты какие-то.

– Нет, тут про какую-то Анну – содержательницу элитного борделя, переправлявшую девушек в Венесуэлу. Она идет в некую Резиденцию и сжигает её дотла, убивает всех, кто там находится. И после резни люди начинают вопить, бить и крушить храмы, школы, полицейские участки, всё сметается толпой.

Тут мало того, что призыв к революции и неповиновению, так еще и посягательство на общественные устои, чувства верующих и саму мораль.

– Поехали лучше в Хинкальную, пожрем. Да и бэху надо обмыть.

– Поехали. Заодно труп на мясо сдадим.

– Точно, все копеечка капать будет.

В это время Олег в тонком плаще и хлюпающих кроссовках стоит перед кованой калиткой на кладбище.

– Эх, мама, говорил же тебе, не ешь сало с килькой. Теперь вот лежишь в деревянной коробке возле сердца Земли и слушаешь его стук.

Трудно спать, когда стучит сердечко.

– А портретик я с собой возьму, – отковыривает с памятника овальный портрет, – поможет право на наследство доказать, – вздыхает он, разворачивается и уходит. На выходе с кладбища берет из бака бутылку водки и выпивает из горла. Берет вторую, оглянувшись, украдкой пихает в карман плаща третью, и садится в автобус с китайцами, пьющими горький кофе.

– Куда везти, русский насяльника? – спрашивает водитель.

– К маме.

Посмотрим, что там за волка коза привела.

Приезжает к маме, выбивает дверь. Его встречает трупный запах, смешанный с собачьим дерьмом. На пороге лежит огромный черный овчар, со стоящими, как у Бэтмена, ушами и широким розовым языком. Что самое опасное, так это то, что стоят у овчара не только уши.

– Я это самое, квартирой ошибся, – пятится Олег, опасливо косясь на вздыбленное мужское естество, увидев которое Билялетдинов и Дема непременно бы позвонили в «Издательство „Смотр“ – мы срезаем до 21+».

 – Зинка-билетерша же не здесь живет? Нет? Тогда я позже зайду.

– Зачем позже? Сейчас заходи, – беззвучно шепчут глаза пса. – Как раз в самое время пришел, пока моя коза куда-то умотала на «жигулях» с шофером.

– А может не надо? – слетает с губ Олега беззвучный вопрос.

– Надо Федя, надо. Ты же сам мужиком был, и знаешь, как оно, когда стоит. Проходи, не стой, пока стоит.

Испуганный Олег вынимает из кармана фотографию, взятую на кладбище.