Изопропиловый кот

Бывший следователь, а ныне преуспевающий опер Олег приезжает в ведомственный санаторий МВД лечиться от психического расстройства, преследующего его с тех пор, когда он, будучи следователем, играя черными фигурами в черной комнате, проиграл шахматную партию серийному убийце, при этом, не заметив черную кошку, сбившую ладью. Помимо этого он сослепу перепутал фотографии жертв и замучил с помощью доставшегося от прадеда будильника невиновного белобрысого паренька. Пареньком больше, пареньком меньше – главное, чтобы будильник звенел.

Олег сидел и с кислым лицом потомственного торговца лимонами кисло хлебал кислые щи – в МВД урезали расходы на социальные нужды. А в тюрьме сейчас ужин – макароны дают, – подумал он и суеверно постучал по грубо сколоченному деревянному столу. Внезапно перед ним явилась тень (Шекспир в гробу перевернулся).

– Ты, падла, – сказала тень, – семью бросил, а сам сидишь тут, детей Поволжья изображаешь.

– Отвянь, – вяло ответил Олег и незаметно плеснул в кислый компот кислого пива.

– Смотри, сука, семейная жизнь – это не невиновных под вышку подводить, – погрозила невесомым кулаком тень.

– Отстань, тебя нет, – ответил Олег. – Иваныч мне точно про вас объяснил. Вы от совести бываете, а у нас, оперов, совести нет. Изыди!

– Как это меня нет? – нагло уставилась на него тень и в доказательство, засунув указательный палец в стакан, помешала компот. – Видишь, я есть!

– Нет тебя, – стараясь не смотреть в стакан, в котором компот закручивался против часовой стрелки, не сдавался стойкий опер.

«О Господи, только бы не совесть проснулась!» – подумал про себя Олег. – «Мне совесть никак нельзя, у меня повышение наклевывается!»

– Давай пари, а? – не отставала тень.

– Может в шахматишки? – с надеждой поправил очки Олег, пытаясь взять себя в руки.

– Главное отвлечь, а потом фигурами по морде насую и в СИЗО закрою, – облизнулся он про себя.

– Ты же кроме очка не во что играть не умеешь, – ехидно захихикала тень.

– Откуда ты знаешь это? Кто ты? – вскочил Олег, роняя очки.

– Товарищ майор, вы бы не шумели. У нас тут уважаемое заведение, – сказала выглянувшая в зал похмельная повариха.

– Где он?

– Кто?

– Этот черный?

– Пить надо меньше!

– Сама коза! – ответил Олег и вдруг его осенило.

Мать же с козой совсем одни. А вдруг? Он кинулся выписываться из санатория и на такси поехал в Москву.