Ретранслятор

 – Конвой принимать будете, или вы тут на пикник выбрались?

– Будем, – вынырнул из-за стены отчуждения пир, – чего не принять. Тащи документы, распишемся и расходимся миром.

Азиат удалился, а Дима, хитро подмигнув мне, вытащил из кармана мятую пачку сигарет и довольно закурил.

– Все так, – усмехнулся он. – Странно, что про тебя вопросы задавать не стали, да если что, не их это дело.

Вскоре азиат вернулся, а с ним, семеня на полусогнутых, явился и толстяк-торговец с лоснящимся лицом. В руках у телепата имелся лист, на котором чьим-то размашистым почерком виднелась резолюция, а поверх нее самая обякновенная печать.

– Груз проверять будете? – ехидно поинтересовался парень у Димы. – Может, наркоту везут, может, людей…

От этих слов торговец гневно фыркнул и, картинно приняв позу гордого и обидчивого горца, отвернулся, однако из разговора не выпал.

– Коли б моя воля, – тихо зашипел толстяк, – то я бы на рынок не ногой. Вот вы где мне, вот, – пухлая ручка ударила в районе кадыка, и глаза торговца свернули таким испепеляющим огнем, что азиат съежился и отступил на пару шагов вперед, но вовремя спохватился.

– Остынь, пухленький, – криво усмехнулся он, когда Дмитрий поставил в документах последнюю подпись, а затем, передав копию расписки на клочке бумаги, спрятал подорожную в карман. – Как Ханой сказал, так и будет. А станешь ерепениться, быстро ощутишь, что такое на северо-западе не торговать.

Остальные бойцы коменданта, даже не потрудившись выбраться из маленького юркого авто, с наглыми ухмылками на рожах наблюдали за нашей перепалкой.

И тут нахлынуло. Мерзкое колющее чувство, как змея, вынырнуло из-под холодного камня и, стелясь по земле, двинулось в мою сторону. Натурально так получилось, естественно. Грешным делом подумал, будто мерзкая гадюка или еще какая тварь.

– Падай, – Дмитрий толкнул меня в плечо, и над моей головой, а точнее в том месте, где она до сих пор находилась, прошелся мощный электрический разряд, от чего волосы на всем теле встали дыбом.

Ругнувшись, пир перекатился за колесо «Нивы» и, стиснув зубы, ударил, да так, что воздух вокруг зашелся, заколыхался жарким маревом. Огненный хлыст взметнулся в воздух и что есть силы обрушился на «багги», где секунду назад находился наш противник, вот только автомобиль уже был пуст.

– Что происходит? – попытался спросить я, но кинувшийся на меня раскосый парламентер уже вцепился руками в горло, стараясь сломать кадык. В общем, было не до разговоров.