Ретранслятор

– Не узнает, если делать будешь с умом, – незнакомец тихо рассмеялся и еще плотнее нахлобучил на голову шляпу. – Все выполнил? В точности так, как я говорил?

– Сделал в лучшем виде, – снова затараторил Сенечка, глотая слова. – Как ретранслятора обнаружили, так сразу весточку Захару послал. Потом с Димой, с этим преподобным повозиться пришлось, но благо он уж и не вспомнит, а полколонны тот парень положил.

– И что теперь? – поинтересовался незнакомец. – Как теперь себя Ханой и Захар поведут?

– Понять, как поведут, дело нехитрое, – гаденько усмехнулся проглот.

 – Захар-то думает, что его бойца купили. Ханой же, наоборот, решит, что все у него на мази. Только с калибром промашка вышла. Только вот не пойму, зачем это все тебе. Неужели ты хочешь этих двух стравить? Да не выйдет. Ханой хоть и крут, но войну из-за наемников развязывать не будет. Да и Захар максимум турнет своего пира со двора да другого наймет.

– Надо тебе уходить, – прервал незнакомец излияния Сенечки на полуслове. – Дам машину и ствол.

Уходит ретранслятор, и ты мне скажешь, куда и зачем.

– А если Ханой…

– Да успокойся, – не выдержал незнакомец. В первый раз за весь разговор в его тоне появились нотки раздражения и неприязни. – Ничего тебе твой дражайший босс не сделает, или бояться ты его стал больше, чем меня? Ну? Отвечай…

Мысль уйти к чертовой матери из «родного» коллектива при последующем обдумывании показалась не такой уж и здравой, но отказываться от своих слов я не собирался, и потому через час после разговора с седым я побросал тот нехитрый скарб, коим успел обзавестись за эти пару дней, в наволочку и, дождавшись пока стемнеет, выбрался во двор.

Путь мой пролегал мимо окна цокольного этажа, где весь этот день находился мой новый приятель Дмитрий.

Присев на корточки около прутьев решетки, я тихонько свистнул, и в ту же секунду из темноты раздался ответный свист, а вскоре в свете луны нарисовалось и недовольное лицо пира.

– Что пришел? – хмуро поинтересовался он. – Тоже считаешь, что я тебя под петлю подводил?

– Я? – Ладонь прошлась по черепу и остановилась на уродливом квадратном шраме.

 – Даже не знаю. Мне все эти разборки поперек горла стоят. Не успел глаза открыть, а рядом с тобой уже грызутся за кость, а той костью еще ты же и являешься. Да и не верю я, Дим, что у тебя подобные мысли были. Все доводы и подозрения за уши притянуты. Кто мог знать, что мы с тобой в сопровождение пойдем?

– Да никто, – печально вздохнула оконная решетка.