Кукушкины слезки

– И ты думаешь, что он нам поможет?

– Не уверен, но особого выбора у нас нет.

– А с чего ему нам помогать? – спросил Володя.

– Хотя бы с того, что если бы, он тогда не закрыл глаза на убийство Фомичевых, – жестко сказал Андрей Иванович, – то многих смертей могло бы не быть.

– Может и могло бы, – пожал плечами Виталий, – а может и не могло. Кот Сашки Куприянова точно бы в живых остался. И Лени Бруя кошка…

– А что он за человек? – спросил следователь.

– Ну, – начал Виталий. – Слушайте. Он был в нашей деревне участковым, в звании капитана.

Хотя, когда я попал на учет в детскую комнату милиции, за вагончик, он еще старшим лейтенантом был. Можно сказать, рос у нас на глазах. Понятно, что жить у нас в деревне участковый, по определению не мог. Поэтому был приходящим, точнее приезжающим. Так что в случае кражи социалистического имущества седлал свой «Урал» с коляской и приезжал вести следствие и дознание. Иногда и на драки приезжал, если приезжих сильно мордовали, и они после писали жалобы. Но в основном, кражи – вопросы мордобоя и поножовщины, как правило, решались без привлечения милиции.

Так что приезжал он, находил вора путем, допроса местного криминального контингента. Вообще воров найти было не трудно: допустим, пропал теленок с фермы. Дальше как в римском праве – «cul prodest?» «Кому выгодно?» – так сказать. А выгодно тому, кто лежит с утра пьяный и орет дурные песни. Путем несложных процедур память к похитителю возвращается, и он пишет «явку с повинной». Вуаля, дело раскрыто! Но при этом надо заметить, что Степаныч справедливый был: никогда не выбивал признание из невиновных.

Раскрытое дело надо было в строгом соответствии со старой русской традицией отметить. Отмечать раскрытие дела Степаныч приходил в наш сад, питая слабость к моему вину.

– Ну что преступник малолетний, – приветствовал меня. – Вино имеется?

– Да.

– Тогда тащи! Дело раскрыто, отметить надо.

Иногда так увлекался, что ложился спать прямо на скамье. Поспит пару часиков, проснется.

Выпьет чаю с медом и в путь! Или затеет меня приемам самбо обучать. А то еще часто предлагал пострелять из табельного ПМ. Но я отказывался – опасался, что кто-то будет идти по асфальту и станет жертвой шальной пули. Мало ли? Всякое бывает.

Однажды наш доблестный Степаныч уж слишком увлекся вином. Молодое вино вообще очень коварно. Вроде, как и не хмелит поначалу, а ноги то уже не держат. Остался по темноте на лавке ночевать. Благо время летнее, не холодно.