Кукушкины слезки

Запросим насчет вас, вдруг вы из СИЗО сорвались.

– Пойдемте, – сдался Андрей Иванович. – А что с квартирой?

– Это вопрос не ко мне, – лейтенант сдвинул фуражку и почесал подбритый затылок. – Она тут с прошлого года прописана, ордер в порядке, все верно. Разбирайтесь в ЖЭКе.

Вернувшись в квартиру, женщина набрала номер на стоящем в прихожей телефоне. Дождалась, пока длинные гудки в трубке сменятся тишиной:

– Он был тут, – сказала она.

– И?

– По плану: ломился, вызвала патруль.

– И?

– Судя по всему, дальше поедет по бывшему месту работы.

– Хорошо, ждите дальнейших указаний, – трубка запиликала гудками отбоя.

***

После проверки милиционерами, Андрей Иванович вернулся к машине, сел, задумчиво посмотрел на Владимира.

– Вы знали, что так будет? – наконец спросил он.

– Предполагал, не буду скрывать. Что дальше?

– Я вообще-то без крыши над головой остался… – глядя на уезжающий милицейский УАЗ-ик сказал он.

– Не расстраивайтесь, переночуете у нас, а там видно будет.

– Сегодня какой день недели?

– Вторник, а что?

– А то, милейший, что коли взялись меня возить, то поехали на Лубянку.

– Вы уверены, может не надо?..

– Уверен, поехали.

– … а еще «черный вторник»[2 - 22 сентября 1992-го] тут без вас случился, – речь Владимира Семеновича журчала ручейком, обволакивая и усыпляя, – доллар так и скаканул.

– Не понял, – встрепенулся следователь, – а памятник Дзержинскому где?

– В девяносто первом сняли его, говорят, – Владимир пожал плечами, – в каком-то парке поставили.

– М-да, дела тут у вас творятся, – Андрей Иванович задумчиво почесал левую щеку, – вижу, все будет не так просто, как мне казалось. Ладно, пошел я, – вылез, обернулся. – Подождете?

– Так точно.

Поднялся по знакомым ступеням.

– Вы к кому, гражданин, – строго спросил лейтенант на входе.

– Я майор Кравцов, – Андрей Иванович развернул удостоверение, – хотел бы встретиться с Грушко[3 - Ви?ктор Фёдорович Грушко? (10.07.1930 – 20.

– А больше ни с кем не желаете? – ехидно улыбнулся «цербер». – Где-то вы пропадали, товарищ майор, – нехорошо покосился на удостоверение, – в отпуске?

– В СИЗО. Доложите Виктору Федоровичу, что я здесь! – в голосе следователя прорезался металл.

– Хорошо, доложу, – улыбку лейтенанта будто ластиком стерло.