Непроданное. 2-е издание

Впереди ждал еще один день и новая цель. Убивать своих детей нехорошо. Не так ли?

Волк и ягненок

Рассказ выставлялся на Литературный турнир реализма сайта «Бумажный слон»

– А может и из тебя какие-нибудь органы взять можно? – фигура в белом халате медленно приближалась ко мне. – Как говорится, с бешеной овцы хоть шерсти клок.

– Не-е-е-е-т!

– Кричи, не кричи – тут никто не услышит. А если и услышат, то никто не будет лезть не в свое дело, – он, приблизившись, задумчиво рассматривал меня, поигрывая скальпелем.

 – Твой брат тоже так кричал, и что помогло это ему?

– Так это вы его? – на миг забыв про страх за собственную жизнь, спросил я.

– Ну а кто же еще? Больше хирурга тут нет, – улыбнулся. – Ты не переживай, это дело-то житейское, как Карлсон верно говорил. Кто-то платит за органы, а кто-то умирает. Естественный круговорот жизни и смерти. Смотри на это проще – все равно, все рано или поздно там будем. А так чик, чик и отмучился.

– А может, я жить хочу!

– Да какая у тебя может быть жизнь? В лучшем случае, возьмут в приемную семью и будут издеваться и насиловать.

А то и тоже на органы продадут, – положил скальпель на кушетку, достал пачку иностранных сигарет и зажигалку, не спеша прикурил.

– А если не возьмут?

– Если не возьмут, то выпустишься из детдома и попадешь в тюрьму.

– Почему попаду? Не попаду я!

– Половина всех детдомовцев попадает. Как не крути, а тюрьма прямая продолжательница приюта.

А если не попадешь, то значит сопьешься. Загнешься под забором от метилового спирта. Еще и мучиться будешь, ослепнешь. Или наркоманом станешь и шприц с «черняшкой» будет твоей единственной отрадой. Давай так, – с наслаждением затянулся, – ты не брыкаешься, а я тебе укол обезболивающий сделаю. Согласен?

– Согласен, – покорно произнес я, – делайте укол.

– Вот и молодец.

– А брату вы тоже укол делали? – наклонившись вперед, я сильно прижал друг к другу локти и предплечья.

– Делал, – расслабившись, отвернулся и стряхнул пепел в кружку.

Подняв сжатые руки над головой и одним движением, в которое вложил все свои силы, опустил их вниз и в стороны. Он еще только начал разворачиваться на треск разорванного скотча, а я уже прыгнул к нему. С силой врезался головой в подбородок, опрокидывая его на кушетку, и вцепился зубами в кадык. Зубы у меня не то чтобы очень крепкие, но ему многого и не надо было.