Наследники Мишки Квакина. Том IV

 – Я же специально остался ночевать у этих нутрий, чтобы подпол прошерстить. А тут такой облом!

– Ну да, – сонно поддакивал я.

– Чуть без добычи не остались из-за этих кикимор, а это плохая примета: вернуться домой без добычи.

– Почему?

– Удачи не будет потом. А так не совсем безуспешно съездили: хоть чайник прихватил.

– Зачем нам еще один чайник?

– Хм… Пашке привесим: будет воду таскать как товарищ Сухов по пустыне. Ха-ха-ха, – раскатисто захохотал.

– Угу.

Больше мы у Свечкиных не ночевали.

Кто ездит в гости по утрам (Всадник без головы)

Однажды мы задержались в городе на заводе и вечером ехали домой.

– Кто ездит в гости по утрам, тот поступает мудро, – напевал отец, – то тут сто грамм, то там сто грамм – на то оно и утро. На то оно и утро.

– Сейчас вечер.

– Не бурчи! Мал еще меня учить. Кто ходит в гости ввечеру, – не растерялся отец, – тот похмелится по утру. Заедем-ка мы к бабке Дуне, проведаем старушку-мать.

Отец всегда старался заскочить к своей матери, чтобы прихватить что-нибудь ценное: целыми ящиками возил от нее помидоры и лук летом; консервацию и мешки картошки – зимой.

По своей паскудной привычке норовил еще и что-нибудь утащить.

– Мам, готовь яичню, – ворвавшись в дом, по пути сшибив в темных сенях пустые ведра, закричал отец. – Виктор Владимирович приехал!

Бабушка степенно вышла на тесную кухоньку. Отец схватил ее в охапку и звучно, по-брежневски, расцеловал.

– Живой я, живой! – орал он.

– Вить, что ты орешь? Я хорошо слышу, не оглохла еще.

– Мало ли, – он убавил громкость и плюхнулся на стул. – СтаршОй, пока бабушка нам обед готовит, ты дурью не майся, а наноси ей воды.

– Вить, пускай ребятенок отдохнет.

– На том свете отдохнет. Чего стоишь? – посмотрел на меня. – Слово начальника – закон для подчиненного. Это у нас дома крантик с водой, а тут из колодца надо таскать, а бабушка у нас уже старенькая. Ведра в сенях, колодец в овраге. Бегом, кругом, марш!

Я взял в сенях два ведра и пошел к колодцу.

Возле старого сарайки зашлась истошным лаем Жучка. Она была настолько злобной, что вместо ошейника была прикована к кольцу, продетому сквозь ляжку. Но все равно, рвалась ко мне, не смотря на боль.

Старательно обойдя беснующуюся Жучку, спустился в овраг. Колодец был хороший, с вкуснейшей холодной водой и длинной цепью. Бросил вниз колодезное ведро, зачерпнул воды, начал наматывать цепь на ворот. Поднял, перелил в бабушкино ведро, и повторил заново.