Воробьиная ночь. Карловка-3

– А денег?

– А совесть?

– Если у вас нет совести, то почему я должен ею себя обременять? Давайте тогда триста тридцать.

– Чего? – не понял он.

– Тысяч. И можно даже не каждому.

– У нас такие расходы не предусмотрены в бюджете. Можем компенсировать твои расходы на этот «праздник жизни» и все!

– Мою долю и долю жены?

– Слушай, ты точно еврей!

– Я этого никогда и не стыдился. Это да или нет?

– А как же священный долг Родине?

– Плевать мне на долг, я больше люблю деньги.

– Хорошо, – с осуждением покачал головой.

 – Твою долю и долю жены.

– И расходы на такси.

– Еще что?

– Еще на лечение жены расходы придется оплатить. Чеки на лекарства я предоставлю.

– Я вот думаю, может передать тебя полиции с подозрением на педофилию или федералам местным как террориста?

– Если бы у вас были другие варианты, то вы бы ко мне не пришли, так? Поэтому соглашайтесь или просто расходимся.

– Хорошо, – достал из кармана тонкий белый конверт. – Тут ваши затраты на вечер и немного сверху.

Как раз хватит на такси и лечение. На конверте индекс – это номер телефона. В случае чего, наберешь.

– Не сомневался в вашем благоразумии, – спрятал конверт в карман. – Надеюсь, там не обыскивают?

– До сих пор не обыскивали.

– А если все будет тихо и спокойно?

– Если все будет тихо и спокойно, то через сутки после возвращения встретимся тут же. Принесешь отчет, расскажешь на словах и все.

***

Наша «мельница» была расположена удачно. Недалеко от входных ворот и между двух длинных двухэтажных зданий.

Первые этажи – застекленные стены ресторанов. Я прошел по утоптанной тропинке. Домик представлял собой сруб из толстых оцилиндрованных бревен. От входной металлической двери вдоль стенки тянулся узкий коридор. По ширине он больше чем на половину был занят диваном. Еще одна металлическая дверь вела в комнату с длинным столом, диваном и стульями. Одно окно и дверь под лестницей.

– Всем привет! – поздоровался, мысленно пересчитывая участников предстоящего банкета.

Четыре молодых парня и шесть девчонок. Дима, Степа, Тарас, Костя. Две Кати, Аня, Лена, Таня и Жанна. Я, получается, одиннадцатый. С женой была бы как раз дюжина.

– Привет! – дружно откликнулись они.

Деревянная лестница с резными балясинами вела на второй этаж. Поднялся посмотреть, что там. Маленькая комната с окном и парой стоящих буквой Г диванов. Маленький столик со стеклянной столешницей. Торшер. И все. Не густо.