В Бобровке все спокойно (Шпулечник-3)

– Насчет побить не знаю, но куры вас когда-нибудь точно засерут, – он отвесил Пашке щелбан, – если поймают на ферме, – довольно захихикал и ушел в дом.

– Спрячемся? – без особой надежды спросил Пашка.

– Куда мы от него спрячемся? – вздохнул я. – Лучше помочь. Если с батей поймают, то бить точно не будут.

– Не будут?

– Он же на ферме главный, кто его бить будет?

– Это да, – Пашка слегка успокоился. – Он же вроде на работу пришел.

– Ночью?

– А хоть и ночью. Работа же сложная, ответственная.

– Это да, это точно.

Полночи мы с отцом вешали на стены правления плакаты. Все было нормально до того, как отец попал себе по пальцам молотком. После он, сидя на принесенном из красного уголка стуле, только матерно руководил, а вешали мы. Из-за этого плакаты приколотили низко. И криво.

Утром в понедельник пришедшие на работу с удивлением рассматривали плакаты. Прослышав о небывалом событии, набежали трактористы, птичницы и механизаторы.

– Это что же? – возмущался успевший похмелиться заслуженный механизатор Гена Печенкин.

 – Это как же? У нас социализм, а у них вот как! – ткал почерневшим от машинного масла пальцем в чернокожего алкоголика. – Человеку в пятницу после работы и выпить нельзя?! Это как, товарищи?! – смотрел на односельчан. – Тоже сухой закон удумали?

– Вон как лупят, – поддержал низкорослый Вася Кудров, для которого плакаты как раз по росту подходили, – фашисты просто.

– Что за шум, граждане трудящиеся? – к толпе подошел отец.

– Ты гляди, Владимирыч, что делается! – закричал Печенкин.

 – Нет жизни рабочему человеку в проклятой Америке.

– Да, граждане, – отец окинул собравшихся цепким взором, – международная обстановка накаляется. Гидра апартеида поднимает кровавые головы, оскаливает щербатые пасти, эксплуатация человека человеком нарастает день ото дня! Наши черные товарищи не жалея крови и самой жизни бьются на баррикадах и помочь им есть наш священный долг! Ура!

– Ура! – грянул нестройный хор.

– А как им помочь? – насмешливо спросил матерый вор-рецидивист Леня Бруй.

– Да, как? – поддержал невзрачный Кудров, недолюбливающий отца за высокий рост и представительную внешность.

– Как помочь? – отец напустил на себя задумчивый вид. – Не только словом, но и делом надо помочь нашим друзьям – славным неграм из Нигерии, точнее, конечно, из загнивающих Соединенных штатов Америки. Не буду голословным, товарищи, а скажу прямо: денег им надо собрать: на оружие и боеприпасы.