Спасение неизбежно 2014

Встретить детскую любовь на второй день прихода из армейки – это знак.

Юлька повела глазами, зрачки сфокусировались в синей оболочке. Проекция высокого парня с задней стенки глазного яблока неторопливо достигает мозга.

– Лешенька, привет! – Девушка бросает сигарету, вскакивает с протянутыми руками. С визгом прыжок обезьяны на пальму. Короткий поцелуй, изо рта пахнет табаком и кислятиной. На такие мелочи Леха не обращает внимания. В его объятиях девичье тело. Груди, бедра прижимаются к измученному спермотоксикозом организму.

Отодвинувшись, Леха видит сияние глаз и зубов. Пьяная Юлька очень рада встрече.

– Оставь моя девушка!

Только сейчас Леха заметил, что за столиком поднялись два азиата. Бураев и не понял сразу, кто из них заявил право собственности на Юльку. На эйфорию от встречи наслоилось удивление папы Карло, разговаривающего с поленом. Глупая улыбка застыла на лице дембеля. Молчание азиат воспринял как нерешительность.

– Уходи, слышь, да!

Собственник метнулся к Лехе, подбородок наткнулся на сбитые костяшки дембелевского кулака.

Смуглое тело изменило траекторию в противоположную сторону, с треском пробило доски забора и приземлилось за чертой увеселительного заведения.

– Ты кому звонишь, падла! – Теперь уже метнулся обретший дар речи Леха ко второму азиату. Из смуглых мозолистых рук выхватил телефон, машинально сунул в карман. Вован в это время засовывал кулак под азиатские ребра. Лехину ярость перекрыло удивление от Юлькиной реакции. Девушка завизжала во весь голос:

– Олимжончик, что с тобой?! – Блондинка бросилась к обугленному Буратино.

– Убили!

– Леха, валить надо! – Вован смотрел в сторону танцплощадки.

– Ты че, куда валить? Да я их сейчас на куски порву. – Бураев еще не оценил объем работы.

С визгом чингизовых туменов сзади набросились танцоры–гастарбайтеры.

– Свиридов! – закричал дежурный, бросив телефонную трубку. – В парке Гагарина массовая драка! Бери водителя и автомат, срочно туда! Я сейчас другие наряды пришлю!

Виктор вздохнул.

Так и есть, снова бодаться придется.

Особых приемов Алеша не знал, лягнул назад, развернувшись, сбросил грозди супостатов. Прямой правой, крюк левой, кулаки прошлись по темным лицам. Арбузный хруст нарушил азиатские ритмы. Слащавую мелодию окрасил вой, рык, треск столов, звон посуды. Владимир крушил стулья о бестолковые головы. Музыка прервалась, Леха пропустил серьезный удар, поплывшее сознание отмечает отдельное карканье, Вована, крючком лежащего на полу.