Призрачный престол

К тому же, вряд ли мы многое способны понять, даже если хоть что-то увидим.

– Глас рассудка. Он редко звучит и оттого тем более ценен. Далеко ваша столица?

– Несколько дней пути. Полдня до ближайшей деревни. Там остановимся, отдохнем, дадим Крейтону прийти в чувство. Затем дальше в путь. Регентский совет должен узнать, что случилось в Акарсайде, раньше, чем подобная напасть обрушится на всю страну. Может, чародеи расспросят Крейтона и смогут помочь. Я возьму его лошадь, – сказал Колдер без всякого перехода. – Разместим молодого человека у меня за спиной.

Поможете привязать его ремнями, сэр Гледерик? Не хотелось бы, чтоб он выпал при скачке.

– Разумеется, помогу, – Дэрри спешился.

Остин Колдер оседлал лошадь, Гледерик помог пристроить за спиной у акарсайдского капитана все еще не пришедшего в создание Гарета, и тогда всадники выступили в путь. Они больше не разговаривали. Колдер выглядел подавленным и преисполненным угрызений совести, Гледерик попросту не ощущал ничего, кроме желания выспаться. Такое состояние никак не располагает к оживленной беседе.

Скорее бы добраться до этой ближайшей деревни. Если не хватит сил ее дожидаться, тогда для отдыха подойдет любая лесная поляна. Гледерику больше всего хотелось завернуться в плащ возле любого куста и заснуть – крепко, без сновидений, так, чтобы не помнить весь перенесенный сегодня кошмар, слишком затейливый даже для ночного горячечного бреда. Он привык к осадам и войнам – но совсем не к такому. Светлый Регед удивил, оказавшись на проверку не больно-то светлым.

Первый увиденный им город нового мира превратился в огромный могильник, причем с весьма беспокойными обитателями.

«Я сбежал из объятий смерти – но смерть все равно явилась за мной по следам».

Копыта мерно стучали по старым камням, разносясь во все стороны эхом, нарушая настороженную тишину. Минуты текли, как им было положено, больше не вытворяя затейливых фокусов – не замедляясь и не ускоряясь. Так, во всяком случае, казалось Гледерику.

Заречная часть Акарсайда оказалась совсем небольшой.

Всадники миновали мост над спокойной и тихой рекой, проехали еще несколькими безлюдными улицами, выбрались к восточным воротам, что стояли распахнутыми настежь, точно также как и западные, через которые они проникли в город. Враг, понеся поражение, затаился, и больше не пытался выйти навстречу.

Луна, изъеденная и бледная, вырвалась из переплетения рваных туч, озаряя раскинувшийся впереди путь. Широкая и торная дорога змейкой терялась в лесах.