Колонисты 2

Очень быстро отряд Дьяка разросся до нескольких сот человек, причем все они были хорошо вооружены, обучены (как ни крути, а бывшие военные, пусть их и разжаловал трибунал, дело свое знали). Конечно, свой авторитет приходилось поддерживать – бывало, что Дьяк вынужден был собственноручно «наказывать» недовольных и смутьянов. «Наказания» были достаточно кровавыми и зрелищными. Дьяк всегда проводил показательные казни, что, по его мнению, позволяло снизить шансы на появление новых недовольных или попыток «отпочковаться» от основной банды.

Так, отрезание голов, выдавливание глаз, отрубание конечностей стали обычной практикой. Причем многих «провинившихся» Дьяк вынужден был казнить сам.

В последнее время желающих спорить с ним, оспаривать его приказы, было мало. Провинившихся либо били плетями, либо попросту вешали. К слову, в последнее время дорога в Шахты, где и вешали провинившихся, была пустой. Но Дьяк надеялся, что это ненадолго. Те четыре колониста, осмелившиеся напасть на его людей, уже давно зарезервировали себе места.

Правда, ловили их слишком долго. Настолько долго, что Дьяк начал терять терпение.

Сейчас несколько отрядов его маров во главе с Ником (одним из тех самых бывших военных, отправившихся вместе с Дьяком на Хруст) ловят так насоливших колонистов по Туманному лесу.

– Так и шо? – напомнил о своем присутствии визитер.

Дьяк вздохнул еще раз. Вся его идея, весь его план по превращению планеты в Свободную трещал по швам.

А все потому, что из всех контрабандистов, какие только есть в галактике, на Хруст прилетел Гринберг. У него была просто бульдожья хватка, когда дело касалось денег. И Дьяк уже начал задумываться, надо ли ему это сотрудничество? Вполне может случиться так, что когда корпорация вместе с вояками уйдет с Хруста, фактически объявив планету нейтральной, Гринберг попросту прикончит его, Дьяка, приберет все с таким трудом налаженное и обустроенное себе. И в конце концов, станет владельцем Хруста вместо Дьяка.

– Чем ты опять недоволен? – поинтересовался Дьяк.

– Я, таки, всем доволен, особенно счастлив тем, что ты устроил настоящую войну!

Дьяк поморщился.

– Мы тут одни. Хватит ломать комедию. Ты можешь говорить нормально? Зачем весь балаган?

– Так легче договариваться с тугодумами, – ухмыльнулся Гринберг, – они слышат акцент, понимают, что торговаться бесполезно, и соглашаются. Это экономит мне время.