Лето нашего двора

– Что я могу остаться еще на месяц!

– Всего лишь месяц…

В голосе Дениса слышалось разочарование, луч фонаря упал вниз и освещал теперь только небольшой кружок сторожки пола. За стенами все еще бушевала непогода, Дыня сидела между нами и смотрела поочередно на каждого. Хвост ее усиленно мел пол, поднимая пыль в воздух.

– Вот вы где! – открывая дверь сторожки, сказала бабушка. – Что вы здесь…

Бабушка не договорила, обводя сердитым взглядом внутренность сторожки, собаку и мои босые грязные ноги. И тут я поняла, что дома меня ждет серьезный разговор.

Но Дениса он тоже ждал, судя по нахмуренным бровям мужчины, стоящего рядом с бабушкой.

– Живо домой! – скомандовала бабушка.

– Ба, мы не можем бросить Дыню здесь! Ей же страшно…

– Еще как можете! Что с ней случится?

– Много чего с ней может случиться! – резко выступив вперед и закрывая собой Дыню, как в первую нашу встречу, сказал Денис. – Ее эти мальчишки опять могут обидеть! Или она может испугаться, и сама в лес убежать, а она там заблудится! Мы не можем ее оставить так! Деда…

Седой мужчина горько вздохнул и опустил плечи, смиряясь со своей судьбой.

– Ладно, – мягко сказал он. – Возьмем ее домой. Но ты расскажешь мне всю эту историю от начала и до конца.

– НАМ расскажешь! – грозно поправила его моя бабушка.

– Ну, нам так нам. Пойдемте тогда ко мне. У меня там чай есть.

– И что же? Чай один прихлебывать? Чаем сыт не будешь. Нет уж, – возмущалась моя бабушка. – Лучше уж пойдемте к нам, у нас хоть пирожки с ватрушками есть.

И чай найдем.

Дедушка Дениса только развел руками. Ему больше ничего не оставалось, так как спорить с моей бабушкой было бессмысленно, и все в деревне знали это. Он только отвел Дыню к себе домой, привязал ее веревкой к крюку пустой будки, налил воды и дал кусок мяса, взял по указу моей хозяйственной бабули сухую одежду для Дениса, а потом пришел к нам.

Мы сели, выпили чай, съели пирожки и отогрелись. Бабушка заставила Дениса снять всю одежду и надеть сухое, мне же пришлось мыть ноги.

Мы с Денисом рассказали каждый свою часть истории, которая сложилась в один большой летний пазл.

Бабушка и дедушка Дениса все выслушали, а потом отправили нас играться, а сами остались сидеть за столом на кухне и разговаривать. На самом деле, разговаривали они недолго. Но, насколько я поняла по спокойному выражению лица бабушки и ее улыбки, они договорились обо всем, о чем хотели договориться.

– Ну, месяц – тоже хорошо, – сказал мне, уходя, Денис.