Крысы

Как помнится Хонору, двое мужчин в тот ужасный день отрубили себе левые руки и ушли. Двое сильных и крепких мужчин. Правильно ли всё это?

Снова всплыл перед глазами отец. Он говорил: «Тебе может, сынок, показаться, что всё это неправильно, ведь мужчина даже после смерти своих родных может принести пользу семье. Зачем всё это? А затем, Хонор, чтобы люди оставались людьми, чтобы у них были хоть какие-то понятия о чести. Честь – это то, что делает нас теми, кем мы должны быть.

Если мы отступимся от этого, то вскоре начнём превращаться в то, что мне бы видеть перед собой не хотелось. Это сложно, сынок, но ты… должен понять».

И Хонор понял всё это, пусть и путь к этому был очень труден.

* * *

Вспышка. Хонору показалось, что в его голову вонзились тысячи копий. «Что происходит? – спросил он себя. – Кто-то кричит?»

Хонор вскочил и начал надевать повязку на пояс. Закончив с ней, он хлопнул по спине Игнис, которая тоже уже оделась, и побежал к толпе, собравшейся возле выхода из стены.

– Быстрее… Дактор приказал всем перейти в главный шкаф, – произнёс Декстер, возле которого и столпился народ.

– Что происходит, брат? – спросил его Це?рмо, один из воинов.

– Крысы, – сказал он, и тут же в сознание людей влетел мрак и ужас. – Крысы идут.

Для безопасности людей в стене не было выхода в коридор, так как коридор таил в себе ряд серьёзных опасностей. Если крысы ворвутся в полую стену, люди, которые будут там, окажутся в тупике.

Хонор понимал, что из этой ловушки следовало выбираться как можно скорее.

– Уходим отсюда! Быстрее! – прокричал он и двинулся вперёд.

Его голос вывел людей из ступора, и они двинулись за ним.

Сзади главного шкафа, в углу фанерной стенки, имелось отверстие, именно оно и было входом в шкаф. Двери люди без особой надобности предпочитали не трогать. В шкафу на каждом «этаже» в полах имелись дырки, и они также были рядом с фанерной стенкой, что позволяло перемещаться по всему шкафу.

К дыркам подбирались с помощью коробок.

Главный шкаф имел четыре «этажа». Женщин, не способных управляться с оружием, детей и стариков отправили на самый верхний. Люди, готовые сражаться, собрались на втором. Всего людей было сорок семь, воинов – тридцать шесть.

После той великой битвы членов семьи оставалось всего лишь двадцать четыре человека.