Крысы

Он считал, что свин более сговорчив, когда ты смотришь в его глаза, а он смотрит в твои. Переступал границы дозволенного Солит редко и обычно работал по закону и по той бумажке, которая значилась «значком коллектора». Переходил границы он обычно при работе с различным отребьем, вроде наркоманов. И вот однажды Солит встретился с тем свином, который был ему так нужен, хотя до встречи с ним он об этом даже не догадывался.

Солит стоял и стучал в дверь, которая, кажется, была готова развалиться под его ударами.

Звонок был, но не работал. Подъезд дома представлял собой свалку, забитую мусором и спящими алкашами (представляющими собой тоже мусор, только биологический). Все стены были разрисованы граффити нижайшего качества.

Открыли далеко не сразу. Солит стучал как минимум пять минут, пока за дверью не начали раздаваться щелчки. Через секунду дверь чуть приоткрылась, и за ней показался худой и низкий свин лет тридцати. Волосы его были коротко стрижены, лицо напоминало переспелую сливу.

«Всё понятно», – почти сразу пронеслось в голове Солита.

– Здорово, мужик… ой, блядь, погодь!

«Не повесил цепочку? Он что, совсем отбитый?» – мысленно спросил себя Солит.

Через секунду дверь резко распахнулась благодаря ловкому движению бывшего следователя, а наркоман полетел на пол.

– Какого… Что тебе, ебана в рот, нужно? – спросил наркоман.

Солит резким движением закрыл дверь и повернул замок.

– Я пришёл просто поговорить.

– Да-а-а… Хорошо ты начинаешь разговор! – произнёс свин и начал подниматься с пола.

Солит двинул рукой, и наркоман сразу понял, что вставать не стоит. Он просто сел на задницу и поднял голову.

– Ты знаешь, зачем я здесь? – спросил Солит.

Наркоман напрягал мозг секунд пять, затем театрально хлопнул в ладоши и произнёс:

– Не имею ни малейшего понятия. Хули тебе здесь надо?

– У тебя долг «Со?ржу» – отделу по выдаче кредитов, который я представляю. Помнишь что-нибудь подобное? Хотя… говорить, что не помнишь, нет смысла.

– Бля-я-ядь… Я сейчас на мели, мужик. Но скоро рассчитаюсь, обещаю.

Солит вздохнул и через несколько секунд произнёс:

– В принципе, я могу изъять имущество для частичного покрытия.

Глаза наркомана раскрылись шире.

– Нет! Ни хрена ты не можешь! Н-не… не посмеешь!

Солит действительно не мог, а точнее, не имел права. Но такой ход можно было использовать, чтобы запугать должника, а наркомана в особенности.