Сброд

Срок годности вышел, и вряд ли всех распустят по домам. Уж скорее скинут в ямы.

Мэр забрался на трибуну и сказал: «Уважаемые коллеги!». Он ко всем так обращался. Толпа не умолкла, но стала тише.

– Уважаемые коллеги, – снова повторил мэр. – Мы проводим первое городское собрание, чтобы обсудить то, что говорят о Боге, и некоторые другие вещи.

У него ещё много было записано на бумажке, но никто его слушал. В ДэКа собрались самые беспокойные горожане, им были нужны ответы, а не личные суждения самоназванного мэра.

Им надо было знать, правда ли есть этот Бог, и если есть, означает ли это, что всему конец.

Тогда мэр спросил, кто из собравшихся видел Бога. Человек тридцать в толпе подняли руки. Сам мэр его не видел, а только слышал и не очень-то верил. Хотя и ему были нужны ответы. Он попросил каждого свидетеля «в порядке очереди» встать перед залом и рассказать о том, что знает, а также высказать свои предположения.

Первым с трибуны выступал Кравчик. Этот косноязычный баламут рассказывал, что видел Бога только мельком.

И ещё минут пять пророчил всем худо, пока его не погнали со сцены.

Потом говорил Чурин. Он встретил Бога в скверике у своего дома. Чурин рассказывал, что пытался расспросить Бога кто он такой и откуда взялся, но Бог велел ему идти куда шёл.

Ничего мистического Чурин от той встречи не испытал, кроме интуитивного ощущения, что перед ним не человек, а кто-то другой, кто-то «превосходящий». Однако на вид он был обычным человеком. Уставшим и невесёлым, глаза пустые, ему словно было неохота нести голову на плечах.

Хотя Чурин и называл незнакомца Богом, в своих теориях он оставался скептиком. Он говорил народу, что считает Бога одним из необъяснимых городских явлений, вроде хлыстов в туннеле на западной улице, вроде пляшущих огоньков на краю пустыни, мгновенных заморозков, где бы они не были, и призрака в сером пальто, если таковой и вправду есть.

Чурин пытался убедить народ, что Бог на самом деле никакой не Бог, а только внушает людям веру в это, заставляет признавать его Богом.

Такова природа этого явления. По мнению Чурина, приход Бога ничего не означает и не меняет, хотя он, скорее всего, смертельно опасен, как и большинство этих редких городских явлений. Скептицизм Чурина успокаивал.

После него на сцену запрыгнул какой-то дёрганый малец. Из тех, кто собрался в ДэКа, он был самый молодой. Имени его никто не знал. Этот пацан подтвердил слова Палкина о том, что Богу нельзя причинить вред.