Шаман. Рассказы

Дня через три его соседка по квартире позвонила в экспедицию и попросила угомонить разбушевавшегося соседа. Целый день он кричал как недорезанный. Зам начальника партии поехал на квартиру Рогозина. На стук никто не отвечал. Вызвав участкового, вскрыли дверь. Рогозин лежал на полу среди пустых бутылок и уже не дышал. Рядом валялась бутылка с какой-то мутной жидкостью. Понюхав горлышко, замнач понял, что Рогозин проглотил соляную кислоту и от ожога пищевода скончался. Видно от боли он и кричал, но сил подняться и хотя бы доползти до двери уже не было.

Весть о кончине очередника быстро разнеслась по посёлку. Напуганный этими необъяснимыми случаями, бедный Басурман бросил пить и замкнулся. Бичи от него шарахались, как от живого покойника. Только со своим другом Васькой он мог вести задушевные разговоры. Но время шло, и постепенно из людской памяти стёрлись и фамилии несчастных, и сами случаи. Жизнь продолжалась.

…Всё это происходило лет пять-шесть назад, и вдруг Басурман почувствовал себя неважно. Обратившись в поликлинику, он получил направление на обследование у онколога.

Но было уже поздно. И вот теперь вспомнил ужасное предсказание.

Как получилось, что всё произошло в той последовательности, как сказал начальник партии в порыве гнева? Случайность или какое-то предначертанье? Кому дано предсказать будущее? Видно, из каких-то закоулков высшего разума проникло это в единый миг и, заглушив здравый смысл, выплеснулось наружу. И уже не убежать от судьбы, не спрятаться и не скрыться.

***

Заросшую могилку с покосившимся железным памятником Васька нашёл сразу.

На краю кладбища больше захоронений не было. Васька вырвал разросшуюся возле оградки крапиву, пошатав из стороны в сторону, выправил памятник, пинком послал за оградку ржавую консервную банку и присел на невысокий холмик. Осеннее солнце стояло довольно высоко. Было даже жарковато, хотя лёгкий северный ветерок холодными порывами напоминал о близком конце короткого северного лета.

Васька снял куртку, поставил на неё сумку, хотел уже вытащить содержимое, но раздумал.

Приподнявшись, он стал вглядываться вдаль. Внизу лежали развалины посёлка. Давно уже ликвидировали экспедицию, жители посёлка разъехались по разным местам. И только заросшее кладбище напоминало о бурном прошлом посёлка геологов. Далеко внизу неторопливо текла река. Над ней, нависая многоэтажьем домов, жил своей жизнью заполярный город. А здесь было тихо и тоскливо. Даже не было слышно такого знакомого щебета птиц.