Прорыв истории. Зимняя война

И, заметьте, комдив в звании комбрига ходит, а этот в армии без году неделя и уже дивинтендант! Думаю, помогут ему, ой как помогут избежать стенки, а ведь в поражении дивизии в ТОЙ реальности его роль ой какая! Ничего! Разберемся…

– Что, ССССуккка, – почти змеиным шепотом давлю на оппонента, – решил, что буду и тут твои делишки прикрывать… Ублюдок. Ты вообще осознаешь, куда мы идем? На войну, идем, б… дь ты конченая, на войну!

– Эта… чево эта… Алексей, Иванович, ты чего эта?

Интендант выглядит не просто ошарашенным, он вроде как раздавлен, размазан по моему купе, да только, мразь, быстро приходит в себя…

– Ты не прав, командир… ой как не прав! Я ж на тебя такую телегу… бумагу… она ж тебя раздавит, я тебя раздавлю… я… до самого дойду, если надо!

– Смотреть мне в глаза! – включаю все вербальные и невербальные сигналы.

Врубаю максимум по убедительности, готово: – Веришь, сейчас прикажу тебя вывести и шлёпнуть? Ну!? Веришь! – проняло его, проняло.

– Ввверю… – даже губы трясутся…

– Молодец.

За что только не понимаешь, да? – включаю интонации потеплее. Перепуганный интендант утвердительно мотанул головой и тут же скривился от боли, ничего, у меня тоже костяшки болят после этакого удара, вроде по мягкому бил, а под салом такая кость оказалась, бетон!

– Скажи, куда мы едем, в курсе?

Он кивнул головой… Еле слышно шепчет:

– На войну…

– Вот! А место назначения? Ась? Кемска волость… – впрочем, это моя шутка ему понятна не будет…

– Ну да. Кемь и эта… – он все еще не въехал, но в то, что комдив в ярости, поверил безоговорочно.

– А знаешь, что там уже сейчас морозы под тридцать градусов? Приедем, все сорок будут. А во что бойцы одеты?

– Так не было приказа перейти на зимнюю форму. – попытался увильнуть интендант.

– Был. Сам подписал его в Житомире, как только узнал, куда нас направляют… – стараюсь дожать бугая.

– Так мы ж начали выдачу. Начали. А тут приказ – грузиться. Не успели! Мне бы еще недельку!

– Х… а тебе, а не недельку. Обязан был доложить.

Какого я узнаю этот факт не от тебя, ссуки, а от кого-то другого?

Оп-па, включил мозги, думает, кто его сдал…

– Ну и что? Там что-то придумаем… – мямлит, а думает все про тоже, про крысу, которая его сдала.

– Ну и дурак ты, Матвей Тимофеич, как есть дурак! Хоть и высоко летаешь, да ничегошеньки не знаешь… – говорю это уже совершенно спокойно, и это его добивает.

– А что, есть ИНФОРМАЦИЯ? – шепотом, но уже как-то осмысленно произнес дивинтендант.