Жизнь российская. Том первый

Сразу, вообще-то, ни у кого не получится.

Ни у кого на всём белом свете.

Будь ты хоть семи пядей во лбу. Будь ты хоть рекордсменом в спорте силовом. Хоть самым первым на мировом первенстве. Хоть чемпионом олимпийским.

Сперва лёжа, цепляясь за всё, за что можно, хватался Василий пальцами. Держался за острые края и ветки торчащие. Вдох делал всей грудью, чтоб силёнок прибавилось.

Со спины на живот тихонечко перекатывался. Занимал нужную позицию.

Потом на на четвереньки поднимался. Как собачонка. Охая и ахая.

Затем выпрямлялся. Уже как человек. Как настоящий.

Отряхивался тщательно.

Одежду поправлял.

Шарфик на сто рядов перекрученный старательно выпрямлял.

Шапку скособоченную глубже натягивал.

Далее продолжал путь, стараясь найти проходы в местах повыше, где оставались нетронутыми «материковые» лёд и снег и по которым было гораздо легче идти и более привычно. И без опаски снова грохнуться… опять в болото угодить…

Скользко, конечно, там было и даже боязно, но всё же не по рассолу этому скверному шагать, не по солевому ужасному сумбуру шлёпать, не по морю разливанному брести… едва топоча… нервно шаркая ногами и шепча разные непристойности…

Василий Никанорович торопился.

Он возвращался с работы, со службы, со смены, с суток. Он спешил. Он бежал.

Кроме своего законного дежурства, кроме своих очередных суток, ему пришлось сегодня денёк целый ещё прихватить.

За коллегу отсутствовавшего поработать.

Попросили его. Припахали. Начальство попросило.

А отказать он не мог. Совесть не позволила.

Кульков – совестливый человек. С совестью у него всё в порядке. Есть она!

Василий Никанорович вежливый и образованный человек. Грамотный!

А ещё доверчивый он и добрый. С рождения самого. Так воспитали его.

Поэтому не мог он отказать в помощи. Согласился поработать за отсутствующего товарища. Кто же ещё это сделает… если не он…

Вот и результат – сверх своей «родной» смены суточной отмутузил Кульков ещё целых десять часов вдобавок.

Да, пришлось оттрубить.

Поэтому сейчас он бежал вприпрыжку.

Мчался. Скакал, перепрыгивая через препятствия.

Домой! К себе! К семейному очагу. К уюту.

Спешил к жене любимой. К супруге.

К своей дорогой Антонине. К Тоне. К Тонечке. К Тонюльке.

И не думал, даже не предполагал, что в этот вечер предстоит остаться одному, без милой своей. В мыслях даже такое не привиделось.