Жизнь российская. Том первый

Дабы забыться и тоску развеять.

Но ни на чём глаз не остановился, не нашёл он там ничего подходящего, не показывали там ничего стоящего. Ерунда одна. Муть. Выключил.

Затем газеты с журналами пытался штудировать.

Начинал одну статью читать, перескакивал на другую, после этого опять возвращался к предыдущей, – не шло ничего в голову.

Чертовщина какая-то. Мура. Мурища…

Принялся кроссворды разгадывать, – и те не закончил. На, казалось бы, совсем простые вопросы ответить не мог. Такого раньше не было.

Никогда!! Почему так-то??

«Неужели отупел? – шипел сам на себя Кульков. – Рано что-то… Да и не должен отупеть. С чего бы это? С какой такой стати? Отчего? Не может такого быть! Подобному не бывать! Это оттого, наверное, что кроссворды – неправильные… И составлены они неправильными людьми, каких нынче полно на белом свете. А может, и откровенно тупыми. Таких тоже пруд пруди. Да! Сплошной пеленой идут они по жизни этой. Море разливанное. Окиян!! Не повезло мне сегодня с кроссвордами этими дурацкими.

Ляпов откровенных в них много. Ошибок и неточностей. Неужели это так? Или по другой какой причине?.. А? Вася!.. Василёк! Оппа! А может… из-за того, что кроссворды решать надо, а я их разгадывать собрался. Как же так? Как быть? Что теперь делать?» – разные вопросы нахально лезли Кулькову прямо в мозг, в самый центр, меж двух полушарий.

Полярность их поменялась: одно полушарие с плюсом стало, второе с минусом. А плюс и минус – это две противоположности! Это борьба за выживание!

Мозг плавиться стал, затем закипел, забурчал, пар пошёл.

Клубы взбесившегося пара барашками полезли из-под черепной коробки.

Горячая пена выплеснулась через все отверстия: через глаза, рот, нос и уши… на щёки, на шею, на плечи…

«Ой! Больно! – лихоматом заорал бедолага Василий, а руками стал виски сжимать. – Что делать? – снова такой вопрос возник. Ответ не заставил себя долго ждать: – Вася! Милый… Уже не исправить ничего: хоть решай… хоть разгадывай… хоть ещё что-либо с ними делай… Кроссворды-то и вправду неправильные.

Какие-то они не такие, несовершенные, липовые, безграмотные».

Время не стояло на месте, оно шло, шагало, вперёд стремилось; минуты мелькали одна за одной, секунды тикали.

Вот часы пробили время отхода ко сну.

Но Василий Никанорович этого не заметил.

Он терзался самоедством, он лютовал, что сегодняшний вечер не удался, всё валится из рук и голова не работает.