Анфиса. Гнев Империи

 – Переоденься в кого-нибудь, чтобы не узнали, например. И беги.

– Нет! Я не хочу! – сжала девочка руки в кулаки, поднявшись с упавшего дерева. – Я не побегу от опасностей!

– Хватит быть храброй дурочкой, тебе надо быть живой умницей, пойми! – вздыхал Флориан. – Будь умнее!

– Может, у них программа, чтобы я всё исправила! – притопнула Анфиса. – Спасла архиепископа Магнуса!

– Магнуса? Ты ж смотри, переставить две буквы, будет почти «мангуст», – лишь усмехнулся отшельник. – Восстание мёртвых не остановить, я думаю.

Тебе нужно бороться с тем некромантом и одолеть его. Как ты себе это представляешь? Архиепископ не смог с ним справится. Есть кто-то более святой в твоём понимании? – интересовался друид.

– А в вашем? Кто может с ним сладить? Языческий волхв? – нахмурилась девочка, но спрашивала всерьёз, в надежде, что и вправду кто-то сможет помочь.

– Ты что-то говорила там про собачьи черепа, – припомнил Флориан. – Так вот, было такое божество когда-то – Симаргл. Внешне – чудище лютое, нечто вроде мантикоры, только представь вместо тела льва тушу свирепого пса, а крылья не перепончатые, а пернатые.

Полусобака-полуптица, так о нём часто говорили. Бог-вестник, бог перемен. Ещё до времён, когда богов представляли с людскими чертами и атрибутами. До того, как стал отшельником, я слышал, что сохранились некоторые культы, где волхвы ему поклоняются, кличут в Империю перемены. Этому божеству ещё крылатые псы симураны всегда прислуживали. Они же – аралезы, может слышала? Вдруг, это как-то связано. А ещё бог с головой шакала или собаки – таскарский бог смерти Анубис. Но он тоже мёртв, как и Хронос.

– Ага, убить бога смерти, – хмыкнула Анфиса, явно не веря.

– Его оружие не то цеп, не то хопеш, тоже легендарный артефакт, – вздохнул друид.

– И я теперь ходячий артефакт или что?! – не понимала девочка.

– Ты, скорее, носитель, – оглядел её друид. – В тебя его спрятали, как твой отец дома ту книгу, о которой ты упомянула. Я не вижу, чтобы артефакт передал тебе каких-то сил и способностей.

Он срабатывает в момент смерти и перематывает время назад, стирая реальность. Наколдуй что-нибудь, – попросил он.

– Большое пламя! – воскликнула девочка, но зажглись лишь привычные мелкие огоньки на кончиках пальцев.

– Ну… не густо, – отметил друид.

– Может, всё же возьмёте меня в ученицы? Я буду переживать этот день, у нас целая вечность впереди. Каждый раз приходить уже с отработанными практиками, всё лучше и лучше! – предложила она.