Хроники Бальтазара. Том 3

– Вы же сами не хотите замуж, неужто не можете понять свою падчерицу? Предложенных ей кандидатов она явно отвергла. Рыцарь Дельвиг из этих земель приехал по торговым делам, уладить цены на чай, поговорить о насущном и важном. В перерывах между встречами он общался с принцессой. Слово за слово, полюбили друг друга, уехали вместе. Она повстречала любовь и рванула с ним, – объяснял Бальтазар.

– Бессовестная! Бесчестная! – причитала Кагуя, заискрившись белыми молниями. – Несносная беглянка!

– Она там счастлива, госпожа! Обнимаются там, целуются, ребёночка ждут, – сообщала Кацуми.

– Ребёночка?! – сверкнул взор принцессы.

– Она в положении, – деликатно объяснил Бальтазар.

– Сбежала с иноземцем, с иноверцем, с каким-то рыцарем! Ещё и ждёт от него дитя, какая наглость! Какое бесчестие! Микадо будет в ярости, – активно жестикулировала принцесса.

– Оясунэ обустроила свою жизнь, там ей вполне хорошо, – рассказывала Кацуми.

– Рядом, небось, ни святилищ, ни статуй наших божеств! – восклицала Кагуя.

– Да, но там довольно милый садик, есть озеро, где можно помедитировать и созерцать красоту мира. Можно складывать камни, устроив священное местечко, вытесать фигуры зверей, украшая округу. У фонтана и за лавочками там были различные менгиры и статуи, – припоминая компаку, что видела.

– Вы двое даже не понимаете, да? Это предательство своей культуры, своей веры, своего народа! Своего правителя в первую очередь! Она опозорила семью и свой титул, сбежав с этим оборванцем! Мне нужно вернуть девушку в Такэтори любой ценой.

– Госпожа… выпейте ромашкового чаю, – предлагала переживавшая за неё гейша.

– Это ваше личное дело, – не согласился с ней некромант. – Вы исключительно для собственной выгоды прикрываетесь общественными интересами, столь желая, чтобы она приняла титул, вышла замуж, родила наследника. Это всё нужно не микадо, не народу, не религии, а только вам.

– Как вы смеете! – разрядом молнии вышвырнула Кагуя Бальтазара во двор, так что тот, не успевший подготовить защиту, распластался спиной на снегу.

– Ох, стало быть, не уймётесь, – отряхиваясь и поднимаясь босяком, кривил Бальтазар губы, глядя на выходящую принцессу.

– Я не потерплю здесь таких оскорблений и такого отношения к себе! – рычала ведьма-аристократка.

– Ах, господин лорд, ваша обувь! – обеспокоенная Чиаса метнулась с порога к Бальтазару, протянув ему сапоги.