Хроники Бальтазара. Том 3

– Кто ещё здесь предатель, – парировал Бальтазар, всё пытаясь пробраться через невидимый, иногда сверкающий белым ореолом барьер артефакта. – Сражаешься за вторженцев, за завоевателей, за Дайкон, отбирающий твою родину.

– Такова уж цена контракта. Мои земли в обмен за месть. Сладкую месть, лучшее блюдо, о котором можно мечтать, лорд Кроненгард, – гудел драугр.

– Блюдо? Звучишь, как одна знакомая, не от Кацуми ли такого набрался? Я думал, мёртвым не нужна еда, – усмехнулся чернокнижник, поглядывая вокруг в поисках рыжей хитрюги, командующей вторым обходящим город войском.

Он не просто так болтал с мертвяком, забалтывая и отвлекая от битвы Дельвига. Всё это время Бальтазар использовал себе на пользу, стоя прямо на границе барьера, ощущая его всем телом, проникая собственной аурой и ощупывая, изучая структуру и магию, из которой тот состоит.

– У мёртвых есть вечность, чтобы получить свою месть! Им не надо размениваться на пустяки, лорд Кроненгард, – скрежетал зубами гниющего рта и сверкал красным огоньком из глазниц практически обнажённого черепа вместе лица Дельвиг.

– Отдал свои земли Дайкону… – качал головой некромант, оглядывая переливы защитного купола.

– Мне уже всё равно. У меня нет наследников, наглый паж лишил меня будущего! И я уничтожу всех, кто ему дорог, прежде чем отправиться на покой! – задирал ввысь свою шпагу драугр.

– Прости, не могу тебя пропустить, – воскликнул ему тёмный лорд.

– Прощаю, а вот ублюдка Арне не прощу, – скрежетал Дельвиг в ответ.

– Что ж… – сделал шаг назад некромант, обхватив обсидиановую рукоять меча двумя руками.

Защитная структура артефакта оказалась невероятно плотной и могучей. Из древней магии, сравниться с которой могла лишь сила иного артефакта. Недаром реликвии придали именно форму щита. Вероятно, это был один из прочнейших магических куполов, что только можно было сотворить, однако же потенциал Хрэтигалдура не был раскрыт до конца.

Вокруг него могли бы стоять жрецы, читаться молитвы, его могли зарядить в полнолуния и солнцестояния, и поклоняющиеся ему дайконцы, разумеется, что-то из этого когда-то делали. Но в последние годы явно свою реликвию берегли, скрывая от чужих глаз в каких-нибудь сокровищницах, в глубоких подвалах, забывая о различных службах и ритуалах.

Это позволяло заполучить какие-то шансы на преодоление.