Хроники Бальтазара. Том 2

Идёт она, прогуливается, тут чуть не сбил её, мчавшийся трусливый заяц, – поглядел Бальтазар на Коркоснека. – Барабанит лапой, спешно тараторит: «Спаси меня! Приюти меня! Звери страшные чуть не съели! А теперь кипиш подняли, у кого обновка красивей!». Взяла девочка зайца под защиту, идёт с ним и слышит шум-гам, как волк, медведь и лис спорят и дерутся. Никак поделить не могут, что лучше и красивее, плащ али шапка, а то и вообще красивый деревянный меч. Дрались-дрались, растеряв все подарки. Девочка подобрала свою накидку, шапочку и клинок.

– Классная сказка! – захлопала Морриган в беленьких плотных перчаточках.

– И стал заяц им барабанить-стучать и песни петь, хмельной мёдь пить, на печке спать да вкусно жрать, – дополнил гном.

– Я б этого зайца той же ночью и зажарила бы, – хмыкнула Кира. – Ты ж смотри, все генералы меж собой воюют, построения нет, споры одни, крики… Получили подарки да передрались за них… Откуда ты знал, что так будет?! – изумлялась лучница его прозорливости.

– А я и не знал, – только и хмыкнул тот, с довольной улыбкой поглядывая на дол.

Решив пока не вмешиваться и подождать, пока войска лорда обмельчают, построениям был отдан приказ тренироваться, дозорным – держать в курсе всех событий. Коркоснек и Ильдар остались у ворот тоже наблюдать за творящемся в долине, а Кира с генералами решили хотя бы позавтракать, раз такое дело.

В этот день для воинов перед боем подавали кашу, яичницу с рубленной ветчиной и поджаристый хлеб с зеленью и сыром, натёртый слегка чесноком. Ни блинов со сметаной, ни бекона, ни даже чесночного масла, как велел сам некромант, дабы не утяжелять бойцам животы слишком жирной пищей. Никакой остроты, никаких излишних специй.

Зато под надзором Миранды кулинары заварили на всех невероятно крепкий и бодрящий имбирный чай. Без особо затяжных церемоний, но столь ароматный, что хотелось не сразу пить и спешно глотать, а именно что подышать над ним немного, вдыхая весенний воздух вместе с насыщенным букетом трав и цветов, среди которых даже немного ощущался женьшень.

Морриган, откинувшая ушастый капюшон в тени навеса, всё вредничала, клянча у сестры горячий шоколад, но по итогу смирилась принимать участие в чаепитии. Употреблять обычные блюда и напитки вампирше, разумеется, было не обязательно, но не лишать же себя мирских удовольствий.