Есть зло, которое видел я под солнцем

Вновь обернувшись к гостям, профессор состроил жалобную мину и начал объясняться извинительным тоном:

– Вы уж простите старика. Я, знаете ли, боюсь, что рано или поздно кто-то из моих гостей окажется просто жуликом, и заявится сюда ради моих коллекций икон. Поэтому стараюсь хоть как-нибудь подстраховаться. Снимки вот попросил вас стереть, на которых видно то, что может заинтересовать воров. А как только Лиза представилась по телефону, я сразу отыскал в интернете ее снимок, распечатал и дал Коленьке, чтобы он рядом с вами прошел к дому и постарался выяснить по возможности, каковы ваши планы, не задумываете ли вы против меня чего-то нехорошего.

Я понимаю, как это все неприятно, и готов провалиться сквозь землю от стыда, но и вы поймите – время нынче такое, что… А прямо перед вашим приходом Коленька позвонил и сказал, что вы люди вполне приличные и никаких криминальных идей в вашем разговоре не прозвучало. Вы уж простите великодушно…

На звонок в дверь Мила Львовна среагировала не сразу.

Подавленная, выплакавшая все слезы, она сидела за столом в гостиной и тупо, как могло бы показаться со стороны, смотрела на какое-то неотстиравшееся пятно, еле-еле выделявшееся на светлой скатерти. Впрочем, мысль у нее работала вполне ясно, и единственно возможное объяснение того, что произошло на даче, не вызывало сомнений. Сомнения и даже полная растерянность были в другом – что теперь делать?!

То, что звонят в дверь, Мила Львовна поняла не сразу. Когда она наконец открыла дверь, стоявшая на лестничной клетке соседка собиралась уже уходить.

– Милочка Львовна, мы вот тут собрали с нашего дома… Вам пригодится.

И соседка протянула конверт с деньгами. Мила Львовна, продолжая думать о своем, машинально взяла его и стала молча смотреть на конверт, думая, от кого могло быть это письмо. Без адреса, без подписи.

– Вы обращайтесь, когда нужно будет готовить для поминок. Я обязательно помогу, – продолжала между тем соседка, собираясь уходить.

До Милы Львовны наконец дошло, что в конверте деньги, собранные жильцами дома.

– Спасибо, – произнесла она и уставилась на соседку.

Так, молча глядя друг на друга, они постояли еще несколько секунд, и первой не выдержала соседка.

– Ну, я пойду?

Мила Львовна молча кивнула и закрыла дверь. Оказавшись в одиночестве, она положила конверт на полку перед зеркалом, прикрытым шалью, и решительно взяла с полки мобильный телефон.