Лесоруб. Если не он, то кто?

Бродвей был один из самых авторитетных и влиятельных криминальных деятелей северной столицы. Чекмарев был рангом ниже его в неопубликованной воровской иерархии, в статусе «свободного бандита», и поэтому в любой подходящий момент старался ему услужить.

– Чего звал? – недовольным голосом спросил Бродвей.

Чек лукаво улыбнулся.

Официант принес бутылку дорогого красного вина, разлил его по бокалам и отошел. Чекмарев поднял свой бокал и предложил то же самое сделать гостю. Тот нехотя взял второй бокал.

– За победу! – довольным голосом произнес Чек.

Недовольный Бродвей его не поддержал и поставил бокал обратно на стол.

– Ты что, издеваешься. Какую победу? Я благодаря тебе только что просрал лимон зелени.

Чек лукаво улыбнулся и откинулся на спинку дивана.

– За победу, Федя, за победу.

– Ты о чем? – удивился Бродвей.

Чекмарев продолжил:

– Все вышло как нельзя лучше.

– Куда уж лучше.

Бродвей стукнул кулаком по столу так, что оглянулись посетители, сидевшие за соседними столиками.

– Спокойно, Федя, спокойно, – поспешил разрядить обстановку Чек. – Ты же знаешь, что я положил глаз на клуб Старика. Давал ему за него большие деньги. А он ни в какую. Я предлагал поставить наши клубы на кон. Он отказался.

Бродвей напрягся.

– Ну?

– Вот, я и решил сдать главный бой, чтобы Старик утвердился в силе своего бойца, и назначил ему бой-реванш…

Он передал Бродвею подписанный договор. Тот принялся его просматривать.

– И на кону, как видишь, все, что есть у Максимова, а главное – его клуб.

Бродвей прочитал договор. Гнев постепенно сошел с его лица. Он положил листки на стол, взял со стола бокал с вином и чокнулся с Чеком.

– Ну, ты голова, Вадик. Чтобы Старика втянуть в такое. Дааа… От меня чего хочешь?

Чекмарев лукаво улыбнулся, поставил бокал на столик. Отвернул насколько листов в договоре и показал пальцем на цифру.

– Сумму видишь?

Бродвей посмотрел на листок договора. Чек продолжил:

– У меня такой нет, а у Максимова есть. Даже если я заложу все имущество, все равно не хватит.

– Сколько? – лаконично спросил Бродвей.

– Пятнадцать зеленых…

– А если?.. – Бродвей задумался.

– Никаких если! – перебил собеседника Чек.

– Я все предусмотрел. Акела на бой не выйдет, а другого такого поединщика у Старика нет.

– А если найдет?

– Можешь сделать из меня чучело и повесить его в своем охотничьем домике.

Бродвей с прищуром посмотрел на самодовольное лицо Чека.

– А что… и сделаю.