Право на выбор

И перед тем, как уснуть я подумала, что – это самый чудной сон, который я видела.

Итан

Лондон.

Говорят перед смертью не надышишься. Вот и я не мог надышаться, отведенной мне свободой. Мне всего, казалось мало: еды, выпивки, женщин. Даже воздуха, мне было недостаточно. Было ощущение, что меня ведут на казнь, а не женят. Хотя для меня, по сути это одно и тоже. Неделю назад мне сообщили, что с моей невестой всё в порядке. Будь она неладна.

Я молил всех известных мне богов. Освободить меня от этой ноши.

И вот смакуя последние мгновения свободы: я пил, гулял и веселился. Но пить стал меньше, после того, как Ричард вытащил меня с очередной пьянки. На следующие утро пригрозив, что не намерен якшаться с алкашом. Даже если он благородных кровей. И он был прав.

Так что остальную, большую часть времени я провёл в пастели у любовницы. Моя озорная вдова, развлекала меня, как могла. Пару раз ловил себя на мысли, что надо было сделать её своей женой. Пока было ещё не поздно.

– Ты опять расстроен милый. – надув губы, сказала Мэри.

Она очень медленно, водила по моей груди, гусиным пером, вызывая мелкие мурашки.

– Ты опять думаешь о ней? – обиженно и недовольно сжала губы в тонкую полоску.

– Это не те мысли к которым нужно ревновать, Роза моя.

Она игриво опустилась взгляд и снова подняла. В её глазах было

веселье:

– Я знаю.

– Как это? – спросил её.

– Я видела её. – улыбнулась Мэри. – Извини, не могла удержаться.

– Но во всяком случае я рада, что это она. – кусая за мочку уха. – Теперь только в моей постели, ты будешь испытывать истинное удовольствие.

Она была похожа на кошку объевшейся сливок и была очень довольна.

Вот только я не испытывал по этому поводу, ничего хорошего.

Ева

Лондон.

Просыпалась я медленно, как и всегда. Но, когда в нос ударил, не знакомый запах и не особо приятный, сразу же села на постели.

Я очень долго осматривала пространство вокруг меня и мой мозг не хотел осознавать то, что я видела.

"Я до сих пор сплю?"

Я даже ущипнула себя, для пущей убедительности. Но к сожалению, боль была настоящей.

Я встала, осмотрела, каждый уголок, каждую полку. И пришла к выводу, что если – это розыгрыш. То он – безупречен. И он затянулся.

– Так будем реалистами, – сидела в углу, обхватив себя руками. – всё слишком реалистично.

Я не позволю себе сойти с ума.