АПОКАЛИПТО ГЭ

– Нет никакого коммунизма, нет никакой свободы! – праведная желчь в голосе с нотками зарождающегося протеста звучала в каждом моём слове. – Есть загнанное в стойло стадо, которое кучка сильных мира сего доит всё активнее! Жили в социальном государстве, с заботой о человеке, бесплатно квартиры получали, медицина, обучение, путёвки… начальство тогда на вы к простому работяге обращалось, а зарвавшихся – к стенке ставили! Хоть какие-то порядок и социальное равенство было! А теперь у людей в головах одна жажда денег и непротивление неравенству субординаций.

Одни миллиардами воруют, а другие от зарплаты до зарплаты еле дотягивают! При этом у нас сорок процентов всех мировых природных богатств на два процента населения планеты. Казалось бы, живи себе припеваючи, ан нет, – вчера бензин снова вырос и уже дороже, чем в странах, покупающих у нас нефть! Правильно вы наш уровень назвали, Гэ оно и есть Гэ, как в воду глядели!

– Vanitas vanitatum et omnia vanitas (Суета сует, всё – суета. —лат), – позёвывая, произнёс толстяк всё в том же размякшем настроение мяукающего любимца семьи, сморённого послеобеденной леностью.

 – На нашем уровне нет социального неравенства, потому как нет и социума. Есть поля доступности, обобществлённые Конвенцией, и ими у нас пользуются все. Силлогизм не позволяет скатиться до банальной градаций личностей…

– Ладно, извини за нытьё, но ей Богу, достало, – я прикоснулся рогаткой из указательного и среднего пальца к своему кадыку, – вот уже где вся эта поганая жизнь сидит!

А ещё через секунду я вспомнил о гениальной идее, посетившей меня под действием гриба.

– Бля буду, если не выжму из этого мешок преференций и прочих ништяков! – эвристически воскликнул я. – Ну, что, пан Уи, мне пора в Москву и как порядочный человек, обещаю вам помочь добраться до Архангельска! Конечно, при условии, что вы сейчас едете со мной.

– С удовольствием! – радостно отозвался Уй, – Прошу не отказать в любезности пожаловать мне эту восхитительную книгу, в качестве памяти о нашем знакомстве.

Естественно, если для вас просьба сия окажется необременительной!

– Да забирай хоть всю сральную библиотеку, мне до фени, – ответил я, заталкивая мусор в чёрный полиэтиленовый мешок. – Через пять минут выезжаем!

Выехали через семь. Две минуты ушло на формальность прощания с Евой; всё-таки супружество, кто бы что ни говорил, отнимает время! Ехали неспешно, молча, с опущенными стёклами, втягивая лёгкими умиротворение хвойного леса.