Herr Интендантуррат

– Воинское звание? – спросил Крайнев.

– Подполковник.

– Не бог весть…

– В нашей системе возможности карьерного роста скромнее, чем в армии, – объяснил Гаркавин. – К пенсии обещали полковника.

– Пронюхали об установке?

– Нечего нюхать – пол-Москвы знает. Скоро в газетах напишут.

– Зачем она вам?

– По большому счету, незачем. Будущее открывается максимум на двадцать четыре часа, прошлое государству не интересно. Тем более что отправить в прошлое можно единственного человека. Вас. Однако нельзя позволить обладать таким устройством частному лицу.

– Дюжий так просто отдал установку?

– Он получит государственный кредит для поддержания ликвидности банка. Значительный и на льготных условиях.

– Значит, я безработный! – вздохнул Крайнев.

– Одним из условий договора была выплата вам годовой заработной платы. Вперед. Деньги зачислены на ваш картсчет – проверьте.

– Рассчитываете, буду работать на вас?

– Рассчитываю! – признался Гаркавин.

– Зря.

– Работа не трудная. Всего лишь написать подробный отчет. С вашей уникальной памятью не составит труда.

– Это все?

– Да. Только нас интересуют мельчайшие подробности.

– Счас! – хмыкнул Крайнев.

– Взаимоотношения с противоположным полом можно опустить. Но детали перемещения в наше время человека из прошлого очень важны. Технические, – уточнил Гаркавин. – Кстати! – он достал из кармана конверт. – Возьмите! Не годится, чтоб гражданин России жил по подложным документам.

Крайнев открыл конверт. В нем оказался российский паспорт на Настино имя, школьный аттестат и свидетельство о рождении. Фото в паспорте было Настино, на нужных страницах синели штампы о регистрации и о браке.

– Документы подлинные, – сказал Гаркавин. – Закон не нарушен. Гражданка Нестерович родилась на территории Российской Федерации, ее родители – граждане России.

– СССР!

– Российская Федерация – правопреемница СССР.

– Анкетные данные подлинные?

– В паспорте год рождения исправлен, свидетельство о рождении – настоящее.

– Молодая женщина 1923 года рождения, – саркастически заметил Крайнев. – Она очень обрадуется!

– Свидетельство о рождении редко используется в повседневной жизни, – возразил Гаркавин. – Обычно в делах о наследстве, когда нужно установить факт родства. Насколько мне известно, у Анастасии Семеновны таких проблем нет.