Мёртвый анархист

Животное отскочило в сторону и проводило машину взглядом, тут же пару раз проведя передней лапой по своему уху, что сильно напомнило жест крутящего указательным пальцем у виска, человека.

– Вот-вот, – вздохнула Лика. – Даже зверёк тебе диагноз поставил.

В погребе слышалось шевеление и возня, звенели стеклом банки и мелькал слабый луч света фонарика. Юля склонилась над лазом и всматривалась в темноту домашнего подземелья. Вдруг что-то упало и послышалась ругань.

– Ты чё там? – насторожилась Юля. – Банку разбил?

– Какая нафиг банка?! – ответил недовольный голос внизу.

 – Здесь же ни черта не видно! Ты фонарик заряжала, вообще?

– Он всю ночь на зарядке стоял. Ты с соленьями аккуратней. Мать же меня убьёт за них.

– Не светит твой фонарь. Я тут ничего не вижу.

– Тебе и не надо видеть. Давай уже огурцы и вылаз оттуда, пока закрома не разнёс!

Лестница заскрипела ступенями и над полом появилась рука, сжимавшая пальцами двухлитровую банку с солёными огурцами внутри. Юля схватила банку и тут же посмотрела её на просвет.

Над полом сначала появилась голова молодого человека, а затем его шея и плечи. Он по грудь вылез из погреба и встал на последнюю ступеньку лестницы.

– А чё она мутная какая-то? – Юля с некоторой брезгливостью посмотрела на содержимое банки.

– Я по чём знаю? Сказала огурцы достать, – он указал на банку. – Вот, пожалуйста, жуйте с булочкой.

– Там ещё и плесень плавает… – вздохнула Юля.

– Когда ты меня позвала к себе на чай с булками, – сказал молодой человек.

 – Я думал не о твоих заначках солений.

– А о чём ты размечтался, подлец? – Юля покосилась на него и заметила, как его взгляд устремлён на её обтягивающие джинсы в районе ягодиц. – Слюни подбери и лезь за другой банкой. Эта не подойдёт.

– Там темно, как у негра…

– Я поняла! – перебила его Юля. – Ладно, и это сойдёт. Этим хорькам, что закуска, что рассол с утра… Плесень, думаю, не заметят.

Девушка повернулась и пошла в сторону веранды. Молодой человек попытался вылезти из погреба.

Но тут рука его соскользнула с, покрытой лаком, половицы и он приземлился обратно на ступеньку лестницы, по которой быстро заскользили подошвы его кроссовок, и он полетел вниз. Юля обернулась на шум. Из погреба пару раз сверкнул слабый луч света фонарика и послышался глухой удар тела.

– Ай! Ё!.. – раздался голос молодого человека. – Я кажется позвоночник сломал… А не. Это фонарик хрустнул.

Юля махнула на него рукой и вышла из дома.