Мертвая романтика. Книга первая: Alternative rock

Он поднял голову только, когда Шеньян подошел почти вплотную.

– Привет, рад видеть, – широко, по-американски, улыбнулся Гаров. – Вечные проблемы с этими парковками: то их нет, то не оплатишь.

– Может, стоило приехать на общественном транспорте?

– Вот еще, тогда никто не увидит мою красивую машинку. Я же специально помыл ее.

– Неужели своими собственными ручками?

– Разумеется, нет, я использовал ноги.

Засмеявшись собственной шутке, Анджей уверенно зашел в здание, поднялся на второй этаж и зашел в небольшое светлое помещение.

Аукцион был небольшим, «тихим», только для своих, а потому лотов тоже было немного. Все они были выставлены для предварительного знакомства за стеклом, но при желании можно было попросить сотрудников показать некоторые экземпляры.

Анджей отошел поздороваться с кем-то, и Юшин в одиночестве медленно бродил возле стеллажей, рассматривая книги. Интересных экземпляров было много: пожизненные издания с автографами или с иллюстрациями известных художников, книги, выпущенные без цензуры или определенными издательством, отдельно лежали письма и гравюры.

Начальные цены тоже не казались особо высокими, но парень прекрасно знал, как сильно они могут вырасти за секунды.

Возле Юшина остановились, рассматривая выставленные книги, мужчины в возрасте – назвать их стариками или пожилыми язык не поворачивался. Оба были одеты просто, но парень заметил кольца-печатки на их руках и явно дорогие часы. У одного коллекционера был зажим для галстука с небольшим фамильным гербом.

Мужчины переговаривались вполголоса.

– Это прижизненное издание «Евгения Онегина» Пушкина, гравюры Нотбека.

– Те самые?

– Именно. Я бы взял в коллекцию, но, если честно, не хочется иметь то, что не нравилось самому автору.

– Понимаю вас. Как насчет автографа Цветаевой на «Волшебном фонаре»? Это был ее второй сборник.

– Я не специализируюсь по Серебряному веку, да и девицу эту, честно говоря…

– А очень зря! Не слышали? Недавно ее автограф Керенскому на «Царь-девице» ушел за восемь с четвертью миллионов!

– Серьезно?! Вот эта… кхем, не самая хорошая поэтесса – и за восемь миллионов?

– Удивились все, никто из моих знакомых не ожидал, что этот лот так взлетит.

Хотя господин Алешин перед началом присматривался к нему – но не смог, его ставку как перебили, так и не давали вообще подойти.

– Невероятно. Вот так подумаешь и невольно решишься предать Пушкина и прикупить девицу ему в компанию.