Мертвая романтика. Книга первая: Alternative rock

 – Хотя странно: я думал, тебя больше заинтересует что-то иное.

– Например?

Сердце быстро колотилось, дышать стало тяжело, хотелось откашляться, выбить из легких скопившуюся пыли, от яркого солнца глаза сами собой закрылись. Юшин быстро вытащил солнечные очки и убрал молитвенник, в несколько глотков допил капучино. Горло неприятно покалывало.

«Осторожнее надо быть, – прошептал Хайд. Он явно был недоволен. – Ты бы еще вслух начал говорить».

– Например, гравюра Императорского воспитательного дома.

Она выглядела очень неплохо, к тому же черчение – это по твоей части.

– С каких пор гравюры относятся к архитектуре? – Шеньян очень надеялся, что его голос звучит нормально. Стоит отвлечь Анджея, пусть поговорит подольше. А когда они расстанутся, у него будет немало времени, чтобы экспериментировать с книгой до победы.

– Хотя знаешь, возможно, это была фотография. Я увидел только, что оно черно-белое и с четкими линиями.

– Может, там и не Императорский воспитательный дом был изображен?

– Может быть, но я точно знаю это здание, как минимум проезжал мимо него несколько раз.

Оно на берегу Москва-реки, хотя теперь я и в этом не уверен.

Юшин засмеялся и покрутил в пальцах кулон.

Анджей не любил вспоминать о детстве, но из его оговорок Юшин кое-как собрал единую картину. Тот родился и вырос в семье типичного «нового русского», удачно занявшегося бизнесом. Он жил в огромном для одного ребенка загородном доме с молчаливой бритоголовой охраной, смотрящей в пол няней и испуганной уборщицей.

Отец появлялся пару раз в месяц пьяным, вываливал на ребенка гору бесполезных игрушек и запирался в спальне с очередной длинноногой и длинноволосой девушкой, которых мальчик не различал.

В шесть лет его отдали в самую престижную и закрытую школу Москвы, где учились дети политиков, видных ученых, оперных певцов и балерин, художников и скульпторов, выставляющихся в Европе, коллекционеров антиквариата и наследников аристократических фамилий, семьи которых в «перестройку» решили вернуться на родину.

Среди них несколько детей бизнесменов выглядели белыми воронами.

– В первом классе все одноклассники уже знают минимум два иностранных языка, играют хотя бы на одном музыкальном инструменте, поют, лепят или рисуют, ездят на лошади с грацией наследного принца, умеют делать реверанс, танцевать вальс и знают, каким ножичком нужно резать яйцо-пашот, а каким – яйцо всмятку.