Сны

Аня удивилась, как быстро пролетело время, пока они были в лесу, и в то же время, как спокойно и медленно течет оно вдали от человеческой суеты.

Встретила ее на пороге Катенька с вопросом, не хочет ли она умыться с прогулки. Получив от Анны отказ, ускакала, как коза, на кухню и пропала из виду. Аня решила воспользоваться моментом, пока никого нет, и разглядеть дом получше. Зайдя в большие двери, из которых утром появился отец с собаками, она увидела большую столовую с дощечками разных оттенков сложенными в рисунок на полу и крашеными стенами, на которых висело большое количество картин и портретов в красивых золоченых рамах разного размера.

У одной стены стоял большой классический буфет с сервизом из фарфора на большое количество персон и всевозможные фарфоровые статуэтки, чашечки, корзинки, баночки для специй, и все было подобранно с таким вкусом и знанием дела. Аня надолго застряла у этого буфета, так как не могла оторваться от этакой красоты: там были и лебеди, и человеческие, в основном детские, фигурки, а роспись на фарфоре была такой красивой, что глаза так и притягивались к всевозможным лилиям, розам и ромашкам.

На другой стене висели только чьи-то портреты, среди которых был и портрет седовласого мужчины, что встретил Аню объятьями утром и называл дочуркой и ее портреты. Тут она совсем маленькая сидит на руках приятной молодой женщины, так похожей на нее, тут она лет 14 сидит в мамином кресле, а рядом на столике огромный букет розовых пионов. Под портретами стоял консольный столик со стеклянной столешницей, под которой находились какие-то старинные вещи: кулоны с гравировкой и эмалевой росписью, кулоны с портретами, старые крестики, маленькие иконки и ладанки.

Перед этим консольным столиком стоял маленький кофейный столик и два небольших креслица на изогнутых резных ножках, обтянутых красивой зеленой с золотым узором тканью.

В углу противоположной от консольного столика стене висели три писанных иконы в окладах с чеканкой и камнями, и в резных деревянных рамах. Над средней иконой висела горящая большая стеклянная лампада в ажурной металлической чашечке на цепочке.

И видно было, что горела она либо часто, либо постоянно, потому что поплавок был уже замасленный, а лепнина на потолке над лампадой была слегка подкопченной.

В целом комната была очень светлой. Из четырех больших окон лился солнечный свет. Ткань занавесок была такой же, как и на креслах, что стояли у кофейного столика. Во всем чувствовался вкус и понимание стиля.