Грех – имя твое, женщина

Судя по доносящимся из беседки звуками о чем-то напряженно спорили.

Я на негнущихся ногах начала приближаться с подносом к беседке. Вход в нее выходил прямо на реку. А потому, мне пришлось обогнуть беседку по кругу.

–Что ты мне указываешь, как я должен себя вести? – орал Слюсаренко. Я уже могла отличить его голос ото всех остальных.

–Я тебе не указываю, просто разъясняю, что ты не прав, – другой мужчина увещевал Слюсаренко, пытаясь образумить.

–Я не прав? Да я всегда прав,– горячился мужчина.

–Виталий, ну сколько можно? Ты же не маленький мальчик, чтобы так себя вести.

Я бы с огромным удовольствием сбежала куда подальше от ругающихся, но приказ Ашота Ваниковича я не могла проигнорировать, а потому вошла в беседку. Мужчины меня заметили сразу же. Их было двое. Один Слюсаренко, а другой чем-то неуловимо на него похожий, но совершенно другой. Он был несколько выше депутата, шире в плечах, подтянут. По всей видимости, не брезговал и физической культурой, в отличие от Слюсаренко.

–Девушка, вам лучше уйти, – произнес незнакомый мужчина. – У нас тут серьезный разговор.

–Нет. Пусть занимается своим делом, – взревел Слюсаренко. – Это мое торжество и я тут указываю что делать.

–Девушка, уйдите, – продолжил настаивать второй мужчина. Я замялась на пороге, не зная как правильно поступить.

–Думаешь, Герман, ты можешь мною помыкать? – у Слюсаренко чуть ли не пена изо рта пошла. – Я тебе сейчас покажу.

И мужчина полез за пояс брюк и выхватил… пистолет.

–Виталий, спрячь пукалку, – Герман выставил вперед поднятые руки, призывая к послушанию.

–Что? Сразу проняло? Теперь понимаешь, кто тут главный? – Слюсаренко был пьян и от этого в несколько раз опаснее.

–Виталий, я все понял. Ты главный, – Герман медленно, но верно надвигался на Слюсаренко. – Отдай пистолет.

Однако депутата это еще больше разъярило, у него разве что пар из ноздрей не повалил.

–Ты, мудак, думаешь, что мною можно командовать, ан нет, не на того напал, а ну назад. Я сказал назад, – принялся размахивать пистолетом Слюсаренко.

–Виталий, все хорошо. Успокойся, – Герман попытался опять приблизиться к пьяному сумасшедшему.

–А ну назад, – махнул мужчина пистолетом. – Сядь в кресло. Я, сказал, сядь. Теперь я тобой командовать буду,– Герману ничего не оставалось делать, как послушаться указаний.– Хватит. Надоело.