Роркх

Откуда я целых три процента набрал? Как я такой момент проморгал? Это существенная прибавка, надо будет потом пересмотреть запись в Обсервере. Вообще поначалу синергия скачет туда-сюда. Это нормально. Игрок притирается ханту. Это потом придется впахивать за каждый процент.

Хоть штрафы и слетели, меня все еще заметно потряхивало. Чем дальше – тем сильнее. Я не укладывался ни в какие сроки. Вздрагивал от каждого шороха. Большая часть шума вокруг нас ушла. Возможно, звери двинулись дальше за фонарями, оставив меня в покое.

Они пока не агрессивны. Пока. Как только наступит ночь, все кардинально изменится.

Холод усилился. Я запахнул пальто, но это не сильно помогало. Каждый выдох сопровождался облачком пара. Импово полное погружение. Иногда очень хочется завалиться к разрабам с мешком огромных страпонов и доходчиво объяснить им мнение большинства игроков. С полным погружением, разумеется. Но если бы играть в Роркхе не было так трудно, серебро не стоило бы своих денег. За пару-тройку стандартных месячных зарплат, можно и померзнуть вечерок.

Главное на монстров не нарваться. Две смерти за один день для меня перебор.

А Бугимен оказался действительно живучим. То ли я косым стрелком. Но историю пишут выжившие, а лужа слизи не сильно похожа на будущего великого писателя. Поэтому остановимся на варианте, что Буги был крепышом, а я – отличным парнем. В конце концов надо проявить немного уважения к тому, кто сдох ради моего финансового благополучия. Хороший Бугимен.

Пример для подражания. Мама тобой гордится.

Между деревьев образовалось небольшое озеро из слизи. Сердце же осталось лежать на пригорке, освещая лес равномерным зеленым светом. Одна из механик игры. Если монстр мертв, игрок всегда может без вреда для ханта забрать один трофей. То бишь сердце никогда не окажется внутри смертельно опасной слизи.

Я поднял зеленоватый кристалл, размером с кулак. Навскидку килограмм пять весит. Но эта тяжесть была приятной.

– Привет родимый. Вот мы и встретились наконец.

А я тебя весь день ищу. Ох и настрадался я из-за тебя. Ну, иди к папочке. – Я аккуратно положил сердце в заплечный мешок, убедился, что тот нигде не просвечивает. Не хватало еще в темном лесу гирлянду на себе таскать. Быстрее сразу застрелиться.

Теперь пора двигать обратно. Стараясь не шуметь, я шел на приличной скорости, но на бег не переходил. Во-первых, дыхалка сдохнет слишком быстро, во-вторых, боялся споткнуться впотьмах.