Загадка Веры Холодной

В нашем деле очень важно учитывать предпочтения противника…

Видимо, услышав эти слова, Вера не смогла скрыть своего возмущения, и что-то такое отразилось на ее лице, потому что Алексей сразу же начал успокаивать.

– Нет-нет, вы, должно быть, совсем не о том подумали. Как можно! Нет, все останется исключительно в рамках приличия, и дело ни в коем случае не зайдет дальше совершенно невинного флирта! Вам нужно будет улучить момент, добавить Спаннокки в шампанское или в вино снотворного и заглянуть в портфель, который он постоянно носит с собой…

Заглядывать в чужие портфели тоже не комильфо, но тут все зависит от случая.

Если достоинством своим и женской честью жертвовать нельзя ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах, то порыться в портфеле у шпиона вполне допустимо. Он же первый начал – приехал к нам под видом приличного человека, дипломата, а сам занимается мерзкими делишками. Сказано же в Писании, что какой мерой вы мерите, такой и вам будет отмерено. Ради пользы Отечества через многое можно переступить. Не через все, конечно, иначе получится, что переступила через себя саму, но через многое. А имя у Спаннокки красивое, музыкальное. Ле-ли-о-фон-Спан-нок-ки! Ле-ли-о-фон-Спан-нок-ки! Ля-ля-фа… Менуэт… Нет, человек с таким именем просто не имеет права быть некрасивым! И в то же время в фамилии Спаннокки слышится опасность. Спаннокки похоже на стаккато – острый, отрывистый звук, похожий на укол шпаги. Тревожно…

Красив Спаннокки или нет, для дела большого значения не имело, можно сказать, что не имело никакого значения, поскольку для Веры отныне и навсегда существовал только один мужчина – ее законный супруг.

Но иметь дело с красивым человеком во всех отношениях приятнее, чем с некрасивым. Вера любила все красивое – чувства, людей, вещи. Вдруг Вера сообразила, что наружность Спаннокки все-таки имеет значение для дела. Если он красив, то легко поверит в то, что смог заинтересовать Веру. Без интереса ведь никакого флирта не бывает. Все естественно и подозрений вызывать не должно. А если, к примеру, Спаннокки лыс, толст, пучеглаз, да вдобавок еще у него на носу бородавка (Веру аж передернуло от перспективы иметь дело с таким уродом, пусть даже и ради пользы Отечества), то тогда Верин интерес к нему может показаться подозрительным. Впрочем, всегда можно изобразить корыстные мотивы. Корыстные мотивы в двадцатом веке ни у кого подозрений не вызовут. Время такое, расчетливое, «арифметическое», как говорил покойный отец.