Загадка Веры Холодной

Можно было «расставить знаки препинания», как выражался отец, и в четверг, но Вера решила подождать до пятницы, вдруг дойдет до людей. Не дошло. В пятницу утром Вера прошлась с Клашей по всем шести комнатам, указала ей все огрехи, допущенные во время уборки, и потребовала их немедленного устранения, пригрозив оштрафовать на три рубля в случае повторного проявления нерадивости. Владимир смеялся и назвал Веру «Наполеоном». Да хоть Аттилой назови, лишь бы прислуга слушалась.

Вернувшейся с провизией Ульяне Вера учинила строгий разбор.

Перебрала все покупки, указала на недостатки (карп ощутимо подванивал, не иначе как задешево купила) и обнаружила столь доскональное знание цен, что Ульяна, не сходя с места, покаялась и даже вернула «сэкономленные», как она называла краденое, деньги – два рубля семьдесят две копейки.

– Бес попутал! – причитала она. – Сорок лет честно прожила и вот оскоромилась. Простите меня, Вера Васильевна, дуру грешную!

В субботу утром квартира сияла такой чистотой, что хоть архиерея в ней сели, провизия оказалась наисвежайшей, отличного качества и была куплена за настоящую цену.

Вдобавок на кухне перестало постоянно что-то подгорать, а дверные петли, для смазки которых Клаша по своему почину пригласила дворника Егора, перестали скрипеть. Егор, по словам Клаши, имел к ней «антирес», которого она совершенно не разделяла, и потому оказывал ей разные мелкие услуги бесплатно, в надежде, что рано или поздно Клаша смягчится.

– Вот ты у меня какая! – восхищался Владимир.

 – Я-то думал, что клад нашел, а оказалось, что целых три.

Так и пролетела неделя – в любви, хлопотах и визитах. С визитами выезжали каждый день. Молодоженам положено как можно чаще бывать в обществе. Глупое на самом деле правило, не иначе как какой-то холостяк его придумал. Молодоженам надо как можно больше времени проводить друг с другом, считала Вера. Привыкать, узнавать, открывать, наслаждаться. А общество может и подождать, за время свадебного обеда так наобщалась, что потом неделю никого, кроме мужа, видеть не хотелось.

Алексей пришел в субботу, отобедать по-родственному. Держался как обычно, таинственных знаков не делал, намеков не подавал. Дождался, когда Владимир выйдет, быстро достал из кармана конверт из плотной желтой бумаги и положил перед Верой. Вера, недолго думая, спрятала конверт под скатерть. Алексей улыбнулся и покачал головой. Вера уже поняла, что сваляла дурака – конверт было видно под скатертью.