Лейб-хирург

Надо отдать должное государыне – умеет находить дельных людей. Присядем?

Хозяин кабинета и его гость прошли к столу, где разместились на стульях.

– Как ваша рана? – поинтересовался Вельяминов, бросив взгляд на лоб посетителя. – Не рановато ли за дела?

– Благодарю, Николай Александрович, чувствую себя хорошо. Бурденко – кудесник. Операцию провел безупречно.

– Богата Россия талантами, – согласился Вельяминов. – Но вы бы поостереглись. Голова – штука темная.

– Ситуация не позволяет, Николай Александрович.

Вам известно о предстоящих событиях на фронте?

– Меня уведомили, – кивнул Вельяминов. – Поверьте, делаем все, что можем. В госпитали, лазареты и эти ваши медицинские батальоны завозят перевязочный материал и медикаменты. Я добился внеплановой закупки хирургического инструментария. Он уже поступает в войска. Отремонтированы и приведены в порядок санитарные поезда, они обеспечены персоналом и всем необходимым. Вы ведь пришли узнать это? Поручение государыни?

– Поручение есть, но иного свойства.

Высочайшим повелением я назначен ответственным за внедрение в санитарной службе армии новых методов лечения.

– Каких именно?

– Переливание крови первым делом. Вам известно, сколько раненых умирает вследствие ее потери?

– Разумеется, Валериан Витольдович. Также, как и попытках восполнить потерю от донора. Это делали за рубежом, да и у нас пробовали. К сожалению, результаты не утешительны – больные умирали.

– Эксперименты проводили неверно.

– Вам известна иная метода?

– Вот!

Гость достал из принесенной с собой папки несколько машинописных листков и протянул их Вельяминову.

Тот взял их и извлек из кармана пенсне в золотой оправе. Водрузив его на переносицу, некоторое время внимательно читал.

– Любопытно, – сказал, положив листки на стол. – Очень. Я читал про группы крови, но утверждать, что именно в них кроется успех или неудача переливания… Откуда такая уверенность?

– Эксперименты с группами крови проводились в Германии, где я учился.

Был получен блестящий результат. Занимался этим молодой адъюнкт при клинике Мюнхенского университета Герхард Рингер. Я ему в этом помогал. Опубликовать результаты исследований Рингер не успел – сорвался в пропасть при восхождении на вершину в Альпах – покойный увлекался альпинизмом. Потом началась война, и я бежал в Россию, где поступил вольноопределяющимся в полк. В окопах было не до медицины. Вспомнил об этом уже в лазарете.