Зачистка

Алексей, от злости на свою растерянность, собрался и, увидев, что к ним на помощь спешит Константин Иванович, не дожидаясь, пока он перелезет через забор, перекинул с плеча АКСУ и снял автомат с предохранителя, направив ствол в сторону бандитов. Он не знал, есть ли в автомате патроны, но надеялся, что есть. Всё происходящее его сейчас просто взорвало. Какие-то поддонки, почувствовав свою безнаказанность, убили трудовика ради наживы. Мухин хотел было уже начать действовать, но его остановили слова подбежавшего Гайкина:

– Ребята, спокойно, – и обращаясь уже к беспредельщикам, спросил, – А вы, кто такие?

Это был отвлекающий манёвр.

Бандиты, не ожидав подвоха от подходящего с бока субтильного вида мужика, повернули морды в его сторону, даже не направив туда пистолета. Это была их ошибка, последняя ошибка в этой жизни. Гайкин, достав пневматический пистолет, захваченный из тира, начал стрелять в голову бандиту, у которого было оружие. Тот, получив болезненные попадания, отпустил пистолет и схватился за лицо. Пистолет упал в снег. Второй попытался достать какое-то оружие, но было поздно. Гайкин со всей силой заехал ему ногой в живот, а потом, когда тот согнулся, добавил по затылку железной рукояткой травмата. Бандит упал без сознания в снег. Константин Иванович, не останавливаясь, приблизился к первому и отправил того в нокаут с двух ударов, после чего приказал стоявшим и смотревшим во все глаза ребятам:

– Ребята, живо в школу, а затем цинки с патронами затащите.

Я их возле забора бросил.

Лёха, получив команду, поставил автомат на предохранитель и поспешил в школу, где возле открытой двери столпились кухарки и другие обитатели школы, которые успели убежать от троллейбуса. Серёжка, Мишка и Игорёк поторопились за Лёхой, а Гайкин принялся обыскивать лежавших бандитов. Забрав у них оружие, он хладнокровно выстрелил им в головы из подобранного пистолета, а затем поспешил к лежавшему Петровичу, который начал подавать признаки жизни.

Глава 14.

Возвращение

– Коля, ты как? Куда тебя ранили? – подбегая к трудовику, начал задавать вопросы Гайкин.

– Иваныч, похоже, я в рубашке родился. – постанывая и кряхтя, проговорил Петрович.

Он, кое-как повернувшись на бок, опёрся на руку и поднялся, приняв положение сидя, а потом начал шарить вокруг себя. Нащупав гвоздодёр, он его поднял и показал Гайкину, как доказательство чудесного спасения.

– Что? – изумился Константин Иванович.