Легион

Я не понимаю, этот чудик наш Коллектив вообще ни во что не ставит? Почему он продолжает обращаться только ко мне одному? Я хоть и лидер, но Коллектив-то построен из нескольких личностей.

– Это что? – спросил Капитан.

– Маньяк… Миротворец, есть что-нибудь? Опознание голоса?

– Нет, недостаточно материала, тут совпадений на десяток миллионов, нужно больше звонков… больше времени. Времени, – он захотел уйти от слова «звонков», потому что каждый звонок влечет за собой что-то плохое.

Я смотрел на тело бандита, свет ламп отражался от моих очков.

Мне известна эта личность, он действительно тот еще «Свин» – Виктор Рамков. Десятки убийств, сотни грабежей, парочка изнасилований, каждое преступление тщательно заглаживалось щедрым подкупом. Типичное мышление бандита – «либо я, либо они», шел по головам, унижал слабых, убирал неугодных. Я словил себя на мысли, что мне грустно видеть его мертвым только по одной причине, я бы сам хотел его разорвать, «утилизировать». Нет! Нет! Нет! Кто я такой, чтобы распоряжаться чужими судьбами и выбирать, кто заслужил продолжать свое существование, а кто нет.

В комнату заглянула Шпилька, – ребят, быстрее, вам нужно это увидеть.

Мы вышли из морга, вся команда стояла у телевизора, там вещал силуэт на фоне картины «Апофеоз войны», приглушенно орала агрессивная музыка, голос захрипел: «Чего пялитесь? Шоу ждете? Получайте! – он вывел на экран нарезку своих издевательств над Виктором, – блин, жалко, как так можно. Вы это думаете? Смотрите дальше, – следующий видеоряд включал в себя несколько фрагментов издевательств уже со стороны самого бандита, куча убийств, обилие злобы, ненависти, хладнокровия и полное отсутствие милосердия, он смеялся, когда жертвы начинали его умолять, – жалко? Жалко, сука? Ой-ой-ой, кто же следующий? Ой-ой-ой! Грешники можете начинать ссать в трусы.

Ой-ой-ой! Рой саранчи летит к вам в дом! Bene ambula», – конец видео.

– Миротворец, что он сказал в конце? – спросил я, глядя на тревожные лица команды.

– Бэне амбула, полагаю. Сейчас посмотрю в интернете, – он отвлекся на пару секунд, – так, это латынь, переводится как «хорошего пути» или «до свидания», зачем он это говорит, не знаю. Возможно, ему просто нравится звучание. В любом случае, эта аудиодорожка поможет нам в расследовании, точнее послужит материалом для опознавания голоса.

– Понятно, – пробубнил я, не желая ни о чем думать, – какая-то серьезная передряга началась, друзья.