Разрывая разум

Он обошел стойку и подошел к зеркалу, но к своему удивлению и к большому сожалению, никого там не обнаружил, в том числе и самого себя.

– Не порядок! – Так не должно быть. – Раз есть зеркало, а по виду, это оно и есть – значит по логике и сути в нем просто обязано присутствовать и мое отражение.

И как только он это произнес, зазеркальное отражение Виктора вышло под занавес, словно в театре. Не хватало только цветов и оваций. Виктор смотрел на свое отражение в зеркале, а оно смотрело на него. Он чувствовал дыхание своего зеркального близнеца, и оно почувствовало, как сильно бьется сердце в груди оригинала.

Тогда он взял и ладонью прикоснулся к зеркалу, ладошка Виктора, будто ножом по маслу, резко пронзила это необычайное пространство и оказалась по ту сторону экрана. Зеркальный друг не стал медлить и тут же схватил его за руку. Виктор интуитивно одернулся, пытаясь вытащить руку из параллельного мира, но безуспешно. Ловушка сработала, и Виктор, как зверек, повелся на приманку. И теперь из-за своего любопытства и глупости будет висеть на чей-то стене трофеев. И чем больше Виктор сопротивлялся и злился, тем больше его поглощало зеркало. Вот-вот и он полностью окажется в объятиях собрата, который в порыве страсти показал свое истинное лицо демона. Теперь Виктору действительно было не до шуток и всяких там предположений. Ибо ему в глаза заглядывал сам вселенский ужас, который уже не растворишь никаким алкоголем и никогда не забудешь до самого конца мироздания. Чудовище все больше и больше притягивало его к себе, а он сопротивлялся, словно дикий котенок перед своим первым купанием в ванной. Зеркальный яд уже начал проникать в душу Виктора. Да он и сам почувствовал, как его воля постепенно слабеет, а тело становится ватным. Еще чуть-чуть и Виктор полностью сдастся и растворится в зазеркальном небытии. Но тут произошло чудо. Зеркальный монстр остановился и перестал поглощать Виктора, как будто что-то почувствовал или услышал. Виктор тоже замер. Все его нутро и разум просто выли от адской боли из-за такого грубого и причем без всякого на то согласия, перемалывания его сущности и тела. Он вдруг сообразил, что его спасло, а демона так насторожило. Легко и ненавязчиво пела чья-то душа. Чуть слышно, чуть дыша. Откуда-то из пространства доносилась мелодия волшебной флейты. И хотя источник этой блаженной музыки был не известен и не осязаем, мелодия воистину была, будто свежий мед на губах. И при этом еще и отпугивающая потусторонних всяких нехороших привидений.