Когда осядет пыль

От своих родителей Дада унаследовал способность горячо любить, заботиться о своих близких, быть нежным и преданным. Однако эта способность проявилась в самый неожиданный момент, и она сильно поколебала уверенность Дады. Он стал понимать, что жизнь гораздо сложнее, чем он думал прежде, и для того, чтобы её сохранить, недостаточно только карать неверных. Но для чего Господь всё это придумал? Для чего он создал жизнь? Промысел Божий Дада понять не мог, но уже не так сильно стремился совершать свои подвиги во славу Божью и всё больше думал о том, как бы обеспечить поселение всем необходимым и как бы получше обустроить там жизнь.

Теперь раз от раза его экспедиции становились менее продолжительными и менее рискованными.

Однажды он пригнал в колонию целый корабль с живыми растениями. Растения радостно зеленели, цвели и пахли. Но были совершенно нежизнеспособны. Колонисты пытались выращивать их в своём угрюмом мире, но у них ничего не получалось. Растения соглашались хоть как-то существовать только в контейнерах, в которых их привезли.

Пришлось потратить много сил и времени, чтобы научиться создавать подходящие для них условия. За это время почти все растения погибли, однако несколько самых жизнестойких видов удалось сохранить. Колонисты стали разводить их в специальных укрытиях и вскоре начали получать небольшой урожай.

И хотя соратники Дады не понимали его и считали, что он впустую тратит время, Дада продолжал свои эксперименты. Он упорно учился сохранять и преумножать жизнь, а не только отбирать её.

Однажды ему посчастливилось раздобыть домашних животных. Он привёз их в свою колонию и радостно всем показывал. Новых впечатлений у колонистов было – хоть отбавляй! Но потом выяснилось, что с животными всё ещё гораздо сложнее, чем с растениями. Мало того, что они не хотели жить в мире Дады, так они ещё всё время просили есть и пить! Они были капризны, требовали к себе постоянного внимания и противно блеяли.

Дада набрался терпения. Он теперь понимал, что для благополучного существования ему надо научиться ладить с этими капризными созданиями, научиться понимать их и – о Господи! – может быть даже полюбить их!

Собственная жизнь Дады шла своим чередом, и вскоре у него появилась семья.

Его дети были ещё более круглыми и ещё более зелёными, чем он сам. Дада теперь стал понимать своих родителей. Он видел, насколько уродливы его дети даже по сравнению с ним, но сказать он им этого не мог, потому что любил их всей душой.