Когда осядет пыль

Теперь Дада знал, кто он и откуда.

Давным-давно люди обнаружили планету, которая позже стала родиной Дады. На планете нашли что-то полезное, и решено было заняться её освоением и заселением. Но когда первые колонисты освоились в новом для себя мире, выяснилось, что, во-первых, на планете совсем не такие благоприятные для людей условия, а во-вторых, что на ней не так уж много полезного. Однако деньги были уже потрачены, проект уже запущен, и от колонистов утаили истинное положение дел. И они честно делали своё дело, пока ресурсы планеты не стали подходить к концу.

Но колонистам и тут ничего не сказали. Слишком накладно было вывозить целую колонию обратно на Землю, слишком хлопотно было искать новое место для такого количества людей.

Поставки продуктов и необходимых материалов делались всё более редкими и более скудными. Всё объясняли какими-то временными трудностями. Колонисты честно трудились и брали у планеты последнее, что она могла дать. Затянули потуже пояса и ждали, когда трудности пройдут, и они заживут полной жизнью.

В это время выяснилось, что условия на планете таковы, что вызывают у людей сильные мутации. Когда у колонистов появились первые дети, стало ясно, что планету надо в срочном порядке покидать. Они запросили эвакуацию и им ответили, что вскоре за ними приедут. Но время шло, а никакой эвакуации не было. Они обратились за помощью снова, и им обещали помочь. Время шло, но ничего не происходило. Потом прекратилось снабжение.

А потом им и вовсе перестали отвечать. Их бросили.

Дад Зогга был представителем третьего поколения переселенцев. К этому времени для того, чтобы выжить, поселенцам пришлось сильно изменить свои представления о добре и зле и свою мораль. Один Бог знает, чего им это стоило. И только одному своему Богу они теперь истово молились. Молились и боролись за свою жизнь как могли… А потом неверные уничтожили колонию.

Прошло немало времени, прежде чем огонь мщения стал утихать в душе Дады, прежде чем его душа перестала кипеть и клокотать и превратилась в кусок застывшей лавы, навсегда приняв новые причудливые очертания.

Теперь Дада знал, что мир устроен не так, как он это себе представлял раньше. И теперь он один служил своему Богу в этом мире. А неверных в нём было столько, что, если бы даже они покорно выстроились в очередь к Даде на заклание, он всё равно не смог бы их всех убить. Даже если бы делал это всю оставшуюся жизнь.