Волшебная мельница

– Гляди, а вот эту даму я терпеть не могу! Самым жутким питерским призраком, без сомнения, является Софья Перовская, – поморщилась Прасковья.

В танцевальном зале возник крутой мостик Екатерининского канала, на котором появилась молодая женщина с посиневшим от удушья лицом, багровым следом от веревки на шее и белым платочком в руке, которым она когда-то подавала сигналы бомбометателям. Затем террористка порылась в дамской сумочке и неожиданно вынула из нее большую круглую бомбу с дымящимся шнуром.

– Сейчас взорвется! – завизжала публика.

Призрак Софьи Перовской мутным взглядом оглядел окружающих и направился к портрету Петра.

– Все из-за тебя! – воскликнула она и метнула бомбу в портрет.

– Солнышко, действуй! – мгновенно среагировала Прасковья.

В ее руках появился оранжевый шар. Ведьма выпустила шар из рук, и тот схватил брошенную бомбу перед самым портретом. Затем подопечный Прасковьи пролетел через закрытое стекло, не разбив его, и бросил бомбу высоко вверх. Она завертелась как волчок и взорвалась, осветив все вокруг разноцветными искрами.

Перовская бросилась вон из зала. Баба-Язя что-то прошептала, и за дверьми раздался еще один хлопок.

– Чтобы не вернулась сегодня больше! – пояснила колдунья.

Оранжевый шар подлетел к Прасковье. Та погладила его и спрятала в свою сумку.

– Ты молодец! Но не надо больше, Прасковья, использовать Приемыша. Мало ли что! – попросила Баба-Язя. – Попробуем без него справиться.

В зале появились могильные мраморные плиты с Марсова поля.

Плиты задвигались, и из-под них выскочил человек странной наружности с кобурой на боку.

– Еще один террорист! – взволнованно закричали зрители.

– Беру этого на себя! – воскликнула Полудница.

Ведьма ударила ногой об пол. Продолговатые планки паркета начали выскакивать из наборного пола и встали перпендикулярно. Одновременно они начали расти вверх и превратились в решетку.

– Знаю, знаю его! – улыбнулся Любомир. – Был на красном митинге.

Тогда Моисей Урицкий – председатель Петроградского ЧК – поклялся не мыться до победы мировой революции.

Урицкий пробежал вдоль решетки, не понимая, где находится.

– Молодец, Полудница! Зеркальный барьер для чекиста поставила.

Варвара поморщилась. Уж больно неприятный запах давно немытого потного тела шел от бегущего мужчины.

– Как я понимаю, победа революции так и не наступила…

– Урицкий – вождь революции! – пояснил Любомир. – Всегда бешеный был.