Рой

Просто стыдно перед людьми – и так их дурят везде, где можно, а уж какую ахинею порой несут газеты… Ты прости меня, это я не о вашем еженедельнике, «пятерочки» как раз серьезная газета…

– Все нормально, – прервал его извинения Алексей, – без обид. Кстати, с очерком о вашем институте мы откровенно блефовали.

– Да-да, – закивал биолог, – все это так и… и не совсем так. Скажи, вы уже отправили статью в печать?

– А ты как думал? С такими вещами медлить нельзя. Номер сейчас в верстке, выйдет через неделю. А первая статья уже вышла…

– Да, я успел купить и прочитать.

Но я не об этом… Дело вот в чем. Да, конечно, Мерецкому удалось сконструировать нанороботов; возможно, их даже запрограммировать удастся… но это не то, что ожидается.

– То есть?..

– Я хочу сказать, что крики об искусственном разуме – всего лишь розовые мечты всяких горе-ученых. Любой робот лишь исполняет цель, но не ставит ее сам перед собой… Я считаю, эти устройства не смогут справиться с задачей, которую надеются на них возложить.

Одним словом – облом!

Алексей хмыкнул:

– А другими словами, нас дурят и под шумок пилят бабки… Так, что ли?

– Ну, может, и не совсем так, – уклончиво ответил Рябинин, – хотя бабки там и впрямь немалые. Вспомни о средствах на развитие нанотехнологий в нашей стране! А те цифры – только верхушка айсберга, кто ж будет разглашать оборонные секреты.

После такого заявления Меркурьев впал в долгое раздумье, позабыв про свое пиво. Наконец, отхлебнул изрядно.

– Да-а… – протянул он. – Ты, брат, меня прямо-таки раскорякой ставишь.

С одной стороны, конечно, материал такой, что будет бомба, так бомба. А с другой…

– С другой стороны, ты человек молодой, и пожить еще хочется…

– Вот-вот! Можно сказать, даже не начинал. Вон, не женат даже… А ты, кстати, как в этом плане?

– Пока нет, – уныло ответил Игорь.

– Что?.. – Алексей на миг забылся, но тут же вернулся к реальности: – Ах, да. Ну, кто знает, может, так оно и лучше… Кстати, а ты уверен, что все хвосты обрубил? Что за тобой слежки нет?

– Я… – начал Рябинин.

Может быть, он сказал и еще что-то, но что – Алексей не услышал, потому что память оглушила его.

Он вдруг понял, что цепляло, не давало ему покоя в том дрянном засранце, которого он сегодня вырубил. Глаза! Вот что. Глаза.

«Ты, крысеныш, – прошипел Алексей. – Забейся в щель и не выползай оттуда…» – и взглянул ему в глаза.

Что должно было читаться в этих глазах? Страх! – такое зверье сразу ссыт, когда чует силу.