Фаетон. Книга 6. Цепная реакция

Мне вчера Анечка звонила, спрашивала о тебе.

– Я тут кое– что привез Вам от Ани.

– Ну, зачем? У меня всего тут полным-полно, девать некуда.

– Эльза Эдуардовна, тут такое дело, ну, как бы экзамен Анечка сдает вам.

– А, понятно, тогда другое дело.

– У меня выдалось немного свободного времени, и я наконец смогу уже вас навестить. Если можно, то я приду завтра с утра.

– Да, да, конечно, когда тебе, Леничка будет угодно. Я буду ждать.

– Ну, тогда до завтра.

– До завтра, Леничка.

Леонид, закончив разговор, был уже на ступенях общежития.

Он вошел в фойе и быстро поднялся к себе на третий этаж. Вошел в комнату и, оставшись, наконец, на едине, долго рассматривал себя в зеркало в ванной. От вчерашнего чрезмерно выпитого лицо было серым, помятым, укрытое морщинами, шедшими с уголков глаз и веером разбегавшихся у висков. Мешки отвислыми треугольниками вершинами к низу, глаза мутными брызгами смотрят отсутствующим взглядом. ?Какой ужас! – подумалось ему, – Надо помыть голову и хорошенько выспаться?. Он разделся и залез под струи теплого душа, осторожно поднимая забинтованною левую руку, стараясь, чтобы вода не намочила бинт отлетавшими от тела брызгами. Намыливая правой рукой, волосы на голове, он смывал пену душем, затем правой рукой тер голову. Помывшись, почувствовал облегчение, словно камень свалился с плеч. Ему стало легко и спокойно. Он надел халат, вышел из ванной и забравшись в постель под одеяло, мгновенно уснул. В это время часы показывали 19–00…

Глава пятая

В воздухе веял весенний ветерок.

С 25 апреля, когда Леонид прилетел домой ко дню рождения Димочки, прошло семь дней. Сегодня наступило уже первое мая, последний месяц весны и день Солидарности всех трудящихся во всем мире, как при Великом и Могучем Советском Союзе принято было называть этот замечательный праздник весны. Но сегодня это был обычный весенний день. Зеленые молоденькие листочки уже появились на деревьях парка прилегающего к реабилитационному центру. И солнышко уже успело нагреть воздух. Птицы на тополях и деревьях пели на все голоса, гнездились и возились у своих гнезд. Везде кипела жизнь и шум, и гам птичьих голосов стоял повсеместно и слышался в открытое окно комнаты, где еще спал Леонид. Когда солнечный луч упал не его постель и лицо, Леонид поморщился, открыл глаза. На часах было уже 8–00.

? Ого, подумалось ему?, – он никогда не спал так ?допоздна?, вставал всегда в семь утра иногда в шесть. Зарядка, душ, столовая.