Фаетон. Книга 7. Эдем

Деревя и цвели и плодоноси одновременно. На ветке одного и того же дерева висели созревающие плоды невиданной, и какой-то не обычной формы. Плоды издавали приятный и вкусный аромат, да такой, что возбуждалось страстное желание сорвать спелый и тут же съесть. Рука сама потянулась к ближайшей ветке. Внезапно из густых листьев возникла голова змеи. Со страшным шипением змея обвила руку и впилась своими острыми иголками—зубами. Аня вздрогнула. Проснулась в холодном поту. Мгновенно, обнаружив себя в постели, облегченно перевела дух.

Рядом мирное сопение сына во сне окончательно успокоило женщину.

– И приснится же такое? – в сердцах проговорила она, чуть слышно. Затем перевернулась на правый бок, и снова уснула.

– Мама, мама! – толкал Аню сын, пытаясь разбудить крепко спящую мать. – Ты, почему не идешь на работу?

– Сынок, я уже не буду ходить на работу.

– А на что мы будем жить? – как совсем уже взрослый, видавший виды бывалый, спросил Дима.

– Не переживай, нам хватит.

– Ты меня поведешь в детский сад?

– Да, сынок, давай собирайся.

Спустя положенных на сборы полу часа, они весело выбежали из дома. Дима не переставал удивляться перемене в мамином настроении, и ему вдруг тоже стало легко и привольно на душе. Из детсада, по дороге домой в знакомом банкомате Аня сняла еще тысячу долларов и пришла с деньгами домой. Анна сидела на кухне и пила крепкий кофе.

– Ну, Анюта, ты мне, что—то обещала.

– Не помню. – Снимая пальто в коридоре, отвечала ей Аня. – Напомни мне?

– Ах, уже не помнишь? – появляясь в дверях кухни с дымящейся чашечкой крепкого кофе в руке, с железными нотками в голосе Анна продолжала, – А ежемесячный гонорар в тысячу долларов?

– Ах, это? А наш-то тебе так много? – смеясь, подразнивала ее Аня.

– А они у тебя есть? – вопросом на вопрос отвечала Анна.

– Есть!

– Не верю, пока не увижу.

– Раз я обещала. – Аня вынула из бокового кармана жакета пачку стодолларовых копьюр. – Вот! – вручила подруге. Анна не могла поверить в такое богатство, и удивленно спросила, —Они твои? – она продолжала смотреть широко открытыми глазами, как безумная на пачку купюр в своих руках.

Слова застряли в ее горле, на глаза навернулись слезы. —Извини меня. Я, было, подумала, что ты насмехаешься надо мной за мое убогое существование и вообще… – Анна, не договорив, стала рыдать. Аня прижала ее к себе. Поглаживая, ее по спине утешала словами.

– Ну—ну, не надо. Теперь мы не пропадем.

Анна, как маленькая девочка, утерла слезы кулаком.